На выходе из этого провинциального аэропорта нас ждал маленький, скромный Volkswagen Golf, в который еле вместились два небольших чемоданчика. Мишка, подобрав ноги, скрючился вместе со мной на заднем сидении.
Нас привезли в небольшой, двухэтажный дуплекс, в резиденциальной части города, где эта небольшая семья, состоящая из двух человек, жила уже более 10 лет.
Мишкин дядя работал научным сотрудником в университете Гётеборга, а тётя проводила дни, посвящая себя домашним делам, покупкам и прочим организационным вопросам. За столько лет жизни в Швеции, они ничем не отличались от коренных шведов - стали, а возможно и всегда были, спокойными, сдержанными, пытались не задавать лишних вопросов, избегали прямого зрительного контакта и не показывались на пути у гостей. В домашних условиях носили теплую, вязаную жилетку с традиционными шведскими орнаментами поверх аккуратно подобранных по цвету рубашек и одинаковые очки в тонкой оправе.
Но приветствовали друзей они именно так, как свойственно всем русским семьям – крепко, не щадя хрупких косточек, обнимали и расцеловывали в обе щеки, оставляя влажный, горячий след и еле заметное покраснение.
Ольга Станиславовна - так звали женщину, лет 60 - доброжелательную, миловидную и спокойную, представленную мне ранее как "Мишина тётя". Она проводила нас на второй этаж, где мы остановились в небольшой комнате-студио с отдельной ванной. Было заметно, что эта часть дома изначально была предназначена для принятия гостей или родственников - новая мебель, шкаф с чистыми простынями и полотенцами, отсутствие личных вещей и каких-либо декораций.
Ольга Станиславовна помогла нам немного освоиться, и уже было собиралась, как всегда, незаметно удалиться, но приостановилась у двери...
- Поешьте чего-нибудь с дороги-то, Миш! Наверное, ничего не ели целый день! Как раз ужин сейчас будет готов. – сказала она и мы охотно согласились, последовав за ней на кухню на первом этаже.
В их доме царила тишина. Василий Петрович сидел в кухне, сложив ногу на ногу, не отрывая взгляда от газеты, которую он широко разворачивал в руках.
Нас усадили за стол. Недолго расспрашивали о нашей учебе, ну и конечно же, о Москве, о которой мы рассказывали с Мишкой наперебой. Ольга Станиславовна, не скрывая своего довольства разговором о родной ей Москве, с усердством хлопотала, поднося нам приготовленные специально по случаю блюда - суп, ассортимент скандинавских маринованных рыб, в основном приправленных укропом, салаты и прочие блюда, которые мы изначально с удовольствием ели, но вскоре насытились до отказа.
Вдобавок ко всему, нас ждал десерт из марципана, залитого тремя видами шоколада.
Марципан- именно он остался для меня ярким, детским воспоминанием о странах северной Европы. Это липкое, слегка подсушенное тесто из протертого миндаля, приторно сладкое, изготавливаемое в самых различных формах и цветах, появлялось у нас дома каждый раз, когда кто-либо приезжал из поездки по Европе.
И после изобильного ужина, мы спешно поднялись наверх.
Я плюхнулась на диван и стянула с себя тяжелые ботинки.
- Я сейчас лопну! - произнесла, поглаживая по животу.
- Вот это до сих пор как у русских! – заметил Мишка, тоже схватился за живот и плюхнулся рядом.
Нам понадобилось какое-то время, чтобы переварить ужин.
Прошло более получаса. Холодный ветер бил по окнам влажной моросью. Было около 10 вечера и в доме стало совсем тихо.
- Надо что-нибудь делать. Я пойду, приму душ. - сказал Мишка, собрался с силами, поднял себя с дивана и направился в ванную.
Я присела, подобрала ноги и в скуке стала переключать телевизионные каналы, которые транслировали, в своём большинстве, на шведском языке.
Через несколько минут Мишка вернулся с загадочной улыбкой на лице.
- Ты что, уже принял душ? Я не слышала включенной воды.
- Да, нет, ты что, я только полотенце из шкафчика успел достать… и вот это… - он широко улыбнулся и протянул мне на ладони что-то мелкое, в виде небольшой, скрученной в прозрачную бумажку сигареты. В другой руке он держал зажигалку.
- Ну, и что это?
Мишка рассмеялся.
- Ты что, на самом деле не догадываешься? - он поднёс её к моему носу.
Яркий, почти хвойный запах оставил не много вариантов для догадок.
- Это же... - прошептала я, припрятывая его ладонь своей.
- Да! Это косяк! - рассмеялся Мишка, вывернул руку и вновь раскрыл на ладони самокрутку.
- Откуда ты его достал? - еще тише произнесла я и уже собиралась составлять план, как незаметно вернуть его на место.