С другой стороны, если обитающие в здании твари способны выбраться в остальную часть форта, лучше узнать об этом сейчас, а не в одну из ночей. Так что ответ на вопрос гнома у меня был только один:
— Мы должны попробовать.
Услышав это Дмитрий вздохнул, но переспрашивать больше не стал. Вместо этого он взял один из самодельных факелов, сооружённых заранее и подпалил тот от костерка. После чего первым шагнул в сторону проёма. Я двинулся следом.
В данный рейд мы решили идти вдвоём. Буквально вынудив вторую половину команды на время покинуть форт. Заданием для них было прийти на помощь в случае отступления, хотя ни Макс, ни Катя в такую отговорку не поверили и правильно сделали — если всё пойдёт по плохому сценарию, в мои с Дмитрием планы входило бежать со всех ног, а не просить подкреплений. Впрочем, мы двое были не мальчиками для битья, а людьми опытными, с немалым набором полезных навыков, так что любой, кто думал попробовать нас на зуб, рисковал подавиться.
Подбадривая себя подобными мыслями, я приблизился к входу, вновь почувствовав беспокойство. И в тот же момент принялся разгонять сознание. На сей раз это удалось проделать секунды за четыре — сказались тренировки, как в самом заклинании, так и в магическом развитии. И с новым, ускоренным мышлением, мне удалось почувствовать много больше, чем прежде.
Вал ощущений стал словно меньше, понятней. Позволил разобрать себя на составляющие. Первое — нюх, принёс крайне необычный сонм запахов, из которых удалось вычленить «ароматы» пыли, тлена и печной сажи. Но было в воздухе и что-то ещё, чему было сложно дать определение. Нечто с горьким привкусом на языке. Ещё более необычные ощущение давал слух. Уши улавливали колебания воздуха там, где не должно была быть ни ветерка, а где-то дальше, в глубине здания — шаги пары человек. Последнее казалось безумным. Никаких людей в здании быть не должно. Никто не мог прокрасться сюда, и уж точно вряд ли был способен здесь без последствий находиться. И тем не менее пара гуманоидных существ здесь определённо присутствовала. Что не добавляло спокойствие.
Впрочем, хотя нюх и слух сказали многое, самое главное мне поведало зрение. Именно глаза уловили странное поведение теней, уплотнения в воздухе, которых не было ещё несколько мгновений назад. Та аномалия, опасность, что пряталась в здании, стала проявляться, стоило сделать всего пару шагов за порог.
Без слов положил руку на плечо друга. Который понял всё абсолютно верно. Мы замерли, встав полукругом, выставив вперёд факелы. И смогли из первых рядов наблюдать за тем, как полутёмный зал с высоким потолком, узкими стрельчатыми окнами, длинными скамьями у стен начал заполняться тьмой.
Это был словно дым, но чёрный, густой, разбрасывающий во все стороны щупальца. И от него исходил некий особый, заставляющий сжиматься что-то внутри звук. Словно бы шорох, раздававшийся в собственной голове.
Это было настолько ненормально, неестественно, чуждо, что хотелось припустить прочь со всех ног. Наверное, только немалая доля уже пережитых передряг позволила мне и Дмитрию хотя бы остаться на своих местах. Но всё же я отметил, как задрожал факел в руке, норовя упасть на пол. Пришлось по крепче стиснуть рукоять, сжать зубы, призывая всю имеющуюся решимость. Которая была сейчас очень нужна, ведь проклятый туман не думал ограничиваться одним лишь представлением, начав действовать. Одно из щупалец выстрелило в мою сторону, и лишь вдолбленные в подкорку инстинкты позволили выставить навстречу факел. Который, неожиданно оказался эффективен. Столкнувшись с дымом огонь вспыхнул пуще прежнего, одновременно с этим испаряя отросток. Впрочем, эта оказалось всего лишь первая атака. Словно осатаневший, туман выбросил новые щупальца, атакую нас двоих.
Первоначальный шок прошёл, позволив среагировать на атаку. А ещё как нельзя кстати для меня оказался разогнанный разум. Благодаря ему, сразу три щупальца сгинули, словно их и не существовало. Однако у Дмитрия дела пошли далеко не столь хорошо. Погасив один отросток, он упустил второй, тут же обхвативший ведущую руку гнома. А затем, словно лассо, щупальце потянуло Дмитрия, норовя бросить в плотную тёмную массу. Однако хватка быстро сгинула, стоило мне коснуться дымки факелом.
— Бросаем гранаты! — крикнул, напитывая маной свой артефакт. А уже через мгновение два изрисованных рунами камушка полетели внутрь зала.
Я и Дмитрий кинули снаряды не далеко, так что смогли ощутить кожей выплеснутый ими мороз. Впрочем, туману пришлось намного хуже. Осколки льда пробили завесу во множестве мест. Критическая температура образовала на дымке ледяной узор, уже спустя секунду осыпавшийся на пол с тихим хрустом. Впрочем, этот звук совершенно затерялся в усилившемся, оглушительном шорохе, в котором проступили болезненные ноты.