— Куда! Ты меня заживо запечь что ли хочешь⁈ Как в первый раз с веником! — возмутилась она.
— Ты права. И сам-то никогда не парюсь, в основном по части погреться хорошенько, а уж тем более всегда один. Знаешь же, что у меня все эти годы было, — ответил ей немного обиженно.
— Ладно-ладно. Просто учти, я не железный голем, хоть и регенерация у прошедших слияние сумасшедшая, но это не значит, что мы не чувствуем боли. Да и не знаем мы, она восстановилась с даром или нет. Кстати, нужно промыть ожог, если всё в порядке, то рана зажила, — с этими словами она подскочила, обломав меня в самых лучших чувствах.
Да, при ближайшем рассмотрении ожог уже не казался даже свежим. Ну, в общем-то, ожидаемо. Может и олух, но с не зажившим бы не пустил её совсем, но чувства Светлого молчали, а значит было безопасно сюда идти. С другой стороны, об этом сознательно подумал только сейчас, что плохо. Тёмный во мне был возмущён.
— Кими, постой, дайка попробую пошаманить с твоим лицом, — остановил её уже залезающую на полок.
— Ты уверен? — остановилась она и серьёзно посмотрела в лицо.
— Не знаю, но в этом мире всё не так и, как будто стал много сильнее, хоть знаний и не хватает. С другой стороны митрополита ведь прищучил, как будто только этим и занимался, хотя сама знаешь, как у меня было дома с этим, — объяснил ей свои мотивы.
— Тогда пробуй! — решительно заявила она и уселась на лавочку.
— Уверена, — вернул ей её слова.
— Пусть лучше это будешь ты. Всё-таки сестёр я немного боюсь. Кто бы их не пугался, а тебе доверяю. Давай! — отступать от своих намерений она не собиралась.
Возюкался долго, но идеально, как у Дорогобудовых не получилось, но во всяком случае, это уже не выглядело таким уж жутким термическим ожогом.
— Давай потом ещё помашу руками, а пока подумаю, что в первый раз не так сделал, а? — обратился к ней с просьбой.
— Дайка глянусь, — сорвалась она к зеркалу.
— Кими, я честно старался, но сама понимаешь, у меня мало опыта, — стал почему-то оправдываться.
— Господи, Ваня, да скажи мне кто по молодости, что однажды мне встретятся люди способные изменять слившихся со стихией, я бы ему за враньё в глаз дала. Да даже сейчас то что ты сделал это чудо, о существовании которого у нас знают лишь избранные, а он стесняется! — радостно заявила она и засмеялась.
— Ну, сама же видишь, некоторая несимметричность осталась, да и красная та половина лица, — попытался на лету придумать объяснение своему поведению.
— Цвет лица, я уверенна, восстановится. А остальное, ерунда. Это уже совсем не шрам! Тем более ты обещал второй приступ, — заявила она довольно.
— Ну да. Забирайся тогда на полок, буду парить, — потребовал продолжение процедур.
— Не, настроение прошло, давай просто улягусь на полок, а ты смотри хоть до посинения. Если бы могла тебе передать, как счастлива, что ты есть! — мечтательно заявила Кими и стала опять укладываться на полок на спину.
— Так неинтересно. Даже вид не сделаешь, что делом занят. Ладно, давай вернёмся к тому с чего начали, — ответил на её предложение, однако краем глаза всё же воспользовавшись им.
— Вань, это будет переливанием из пустого в порожнее. Давай тогда закругляться и вытрясать из хозяина дома, что им надо? — выдвинула она радикальное предложение, однако немного изменила позу, чтобы быть ещё эффектнее.
— Давай, — согласился с ним и тяжело, и обречённо вздохнув.
И таких видов лишился, и расслабон обламывается, да и вообще…
— Как вам наш дом? — спросил хозяин, явно, чтобы завязать как-то разговор.
— Уютный, но не сказала бы что уж прямо удобный. Всё-таки ограничения многоэтажки внутри цитадели сказываются. У нас бы в Медной горе можно было бы просто погулять возле прудов, а здесь город, как не крути, — зачем-то высказалась в ответ Кими.
— Извиняюсь, а что это — Медная гора? — спросил всё тот же хозяин.
Остальные присутствующие за столом особо не отреагировали на начало беседы.
— Это дворцовый комплект на Южном Урале. Бывшая царская резиденция. До передачи его мне в собственность, одна гора использовалась для заточения первого Сияния. Медная гора, как понимаете. От неё и пошло название. Если честно, размеры его для меня кажутся излишними, — ответил ему уже сам.
— А много это сколько? — неожиданно спросил Фёдор, который казалось вообще ничем не интересовался.
— Если с прилегающими территориями, то почти пятьдесят тысяч гектар. Но в основном это, конечно, горы, — мой ответ неожиданно переполошил всех, особенно женскую часть аудитории, не считая Кими, естественно.