– Ошибки можно исправить.
– Точно, и вы оба их совершили. Понимаю, что он наговорил много ужасных вещей, но своими обвинениями ты загнала его в угол. Представь, что роли поменялись. Как бы ты себя чувствовала?
– Без понятия, я бы так не поступила.
– Ты уверена?
– Да. – Я убеждена.
– И почему ты держала рот на замке о том, что они говорили все эти годы? – Она сбила с меня спесь. Почему я молчала? Почему никому не рассказала? У меня нет ответов, не таких, что оправдали бы меня. – Я отпущу тебя, чтобы ты все обдумала. Дай мне знать, когда встречать тебя в аэропорту.
Не будет никакого аэропорта, потому что я не поеду домой. Той ночью я вылила на него много лицемерного дерьма; он сорвался. Я не могу винить его.
Обвинитель превратился в обвиняемого.
Праведный превратился в несправедливого.
Нравственный превратился в аморального.
Грехи, которые я возложила на него, полностью лежат на моих плечах. Я не могу поехать домой и встретиться с ним.
Я бегу.
Я скрываюсь.
Мне стыдно.
Глава 40
Уильям
Год назад моя жизнь покатилась по наклонной. Сегодня я встречаюсь со своей сестрой. Я прошел путь от разъяренного, не поддающегося контролю и беспокойного парня к личности, которой мне хотелось быть.
Работая по ночам барменом, я освобождаю дни для учебы. Я скучаю по футболу. Скучаю по братству, но я нужен здесь. Я научился налаживать взаимоотношения; мои родители и я близки, как никогда. Искренность освобождает; безупречность и просто стремление быть таким - нереальные и удушающие.
Я верил, что должен быть идеальным или, как минимум, казаться таким, иначе я не был достоин их любви, их преданности, их жертвы. Они спасли меня, и я не мог дать им повода пожалеть об этом. Большое количество разговоров и консультаций позволили мне услышать то, о чем они мне говорили с самого начала.
Я был не бременем, а благословением.
Любовь была не условной, а неограниченной.
Совершенство было иллюзией, легко разрушаемой.
Недостатки были нормальны, и принять их, значит повзрослеть.
Я получил второй шанс. Может я и потерял любовь всей жизни, но могу начать все заново со своей сестрой. Я могу быть таким, каким ей нужно, чтобы я был: сильным, оберегающим, искренним, понимающим. Все те качества, которые я прятал внутри себя. Боясь раскачать лодку, боясь быть отвергнутым, боясь быть самим собой.
Я пристально смотрю на звезды, гадая, смотрит ли Эмма на это же небо в это же мгновение. Надеюсь, она счастлива, и молюсь, чтобы она вернулась.
Парень, каким я был, не заслуживает ее; мужчина, каким становлюсь, достойный и преданный.
***
Элиза – мое спасение. Живя с Джеймсом и Бреттом, она познает мою историю. И не позволяет моим ошибкам изменить ее мнение обо мне; я – ее старший брат, и мое прошлое не определяет мое будущее. Она в восторге от всех моих футбольных наград и в изумлении смотрит на мои детские фотографии. Я делюсь воспоминаниями, рассказывая историю о каждой, где она была сделана, когда каждый приз был получен мною. Ее рвение все узнать дает мне повод гордится достижениями, о которых я и позабыл. Позволяет с полной ясностью рассмотреть себя. Отец и папа на седьмом небе от счастья. Не важно, что ей восемнадцать; они думают, что у них появился еще один ребенок, которого можно воспитать.
Ее английский совершенствуется благодаря нанятому нами репетитору; Элиза подала документы для поступления в университет, но хочет на некоторое время остаться в городе. Она не смогла пролить свет, откуда я. Из того, что ей известно, я был спасен, дважды. Первый раз человеком, который сбежал, человеком, чья ДНК прослеживается во мне. Он не был ни мерзавцем, ни святым. Второй раз – отцом и папой; что бы они ни увидели во мне, какая бы связь ни заставила их нарушить общепринятые правила, я им признателен. Я съеживаюсь только от одной мысли, где бы я был без их вмешательства.