Люк повез бабушку домой, и я мог видеть, какая борьба шла внутри Эммы. Ей хотелось быть здесь для меня, но также и быть дома с бабушкой, быть единственной, кто будет за ней ухаживать. И Фэб, и Люк – оба пытаются настоять на своем и ограничить время, когда она нянчится с бабушкой, но Эмма может вспыхнуть, когда на нее давят, и она непреклонна в том, что будет постоянно ухаживать за бабушкой. Я понимаю и согласен с волей ее родителей. Она берет на себя бремя, которое подросток брать не должен. Черт, даже взрослый человек не должен подвергаться такой боли и потерям, которые случаются ежедневно. Кажется, что ей с каждой неделей становится все хуже, и я уезжаю в самое трудное время.
– Готова? - Я прощаюсь со своими родителями и Фэб. Эмма расплатилась по счету полчаса назад. Ее бесполезная попытка улыбнуться разбивает мне сердце. – Мы можем заехать ненадолго и проведать бабушку, прежде чем уедем. – Знаю, что небольшое компромисс ее успокоит.
– Спасибо.
– Не нужно благодарности, малышка. Я рядом, чтобы тебе ни понадобилось. Стоит только попросить.
– Такое ощущение, что ты понимаешь меня и без моих просьб. – Она соединяет наши пальцы.
– Это моя работа.
Несколько слезинок беспрепятственно катятся по ее лицу. – Я буду так сильно по тебе скучать.
– Я вернусь еще до того, как ты поймешь это. Кроме того, ты будешь занята в летней школе, мой маленький филолог. – Она решительно настроена не сидеть сложа руки, и следующие два года будут под завязку заполнены занятиями. Летом она будет изучать иностранный язык и три углубленных предмета в следующем году. Она говорит, что будет также продолжать учить их и в выпускном классе. Эмма закончит старшую школу чуть ли не второкурсницей в университете. Я рад, что она будет занята, но немного беспокоюсь, что она слишком много на себя берет. Опять же, пытаться переубедить ее бесполезно, поэтому я вынужден оставить все, как есть.
Я останавливаюсь на ее подъездной дорожке и следую за ней, мы оба стараемся быть тихими. Люк смотрит новости, но прерывается, как только мы входим. Протягиваю ему контейнер, который дала мне Фэб, зная, что внутри его любимое блюдо.
– Спасибо. А где моя жена? – Он наклоняется и целует Эмму в лоб.
– Она сказала, что выпьет пару бокалов вина с моими родителями. – Люк усмехается и качает головой.
– Как бабушка?
– Эмма, - одергивает он ее.
– Папа. – Ее передразнивание вызывает еще один смешок.
– Она была возбуждена, когда мы добрались до дома. Я дал ей успокоительное, и она сразу же пошла спать. Некоторые ситуации слишком ее подавляют. – Люк притягивает Эмму ближе. – Мы знали, что это случится.
– Но не так быстро. – Ее голос срывается, а я беспомощно наблюдаю, как она расплакалась в объятиях своего папы. Я вижу, какую борьбу он ведет, держа свои эмоции под контролем, пока старается ее утешить. Спустя несколько минут, кажется, она собралась, так как начала извиняться. Я не обманываю себя тем, что она идет умыть лицо; Эмма напрямик пойдет к бабушке проверить ее.
– Она принимает это так близко к сердцу, - вздыхает Люк.
– Я не знаю, как ей помочь.
– Ты отлично справляешься, Уильям. Я хочу поблагодарить тебя за всю твою поддержку.
– Она и моя бабушка тоже. – Может быть, и не в биологическом смысле, но во всех остальных – да, она – моя бабушка.
– Знаю, сынок, и надеюсь, тебе известно, что сегодня она бы тобой гордилась. Это где-то здесь. Поймано в ловушку. Потеряно, – его голос замирает.
– Не сомневаюсь. – Я оглядываюсь через плечо, так как мне кажется, что слышу Эмму, но ее не видно. – Я думаю перенести мою стипендию или отказаться от нее совсем. Я могу два года учиться здесь, в местном колледже. Не хочу оставлять Эмму. – Понятно, что это рискованно, но я взвесил все «за» и «против». Я не доверяю Брайану и Сету, но если они будут в университете, это должно быть безопасно. Если же ситуация обострится, я попрошу помощи, позволю всем узнать, что произошло.
– Нет. – Голос Эммы испугал меня. – Ты не откажешься от своей стипендии, от своего шанса играть в футбол, от своего образования. Я тебе не позволю.
– Эмма… – начинаю я.
– Я согласен. – Люк захватывает мое внимание. – Ценю твое предложение, но скажу то же самое, что сказала и моя дочь. Я понимаю, что это тяжело, так много перемен, но об этом ты не должен беспокоиться. Вы – дети, и я хочу, чтобы ты осуществил свои мечты, жил своей жизнью, пошел в университет, играл в футбол. Оставь заботу нам. Она моя мать, и будь я проклят, если не буду ухаживать за ней так же, как она ухаживала за мной все эти годы. – Мне кажется, Эмма не понимает, что выталкивает отца на обочину, пытаясь вмешаться и заниматься своей бабушкой. Он старается поступить правильно, сделать так, как велит его сердце, несмотря на всю боль. Люк хочет ухаживать за своей матерью не из чувства долга, а из любви. Обожания. Уважения.