– Это понятно. Но наступает момент, когда ты должен занять определенную позицию.
– Ага, но какой ценой? Они безжалостны. Не представляешь, насколько серьезно дерьмо, которое они совершают в том городке. У них нет правил, запрещающих причинять кому-то вред. Я защищаю своих родителей, сражаюсь за принципы, и это привлекает внимание. Внимание, которое им не по душе. Я делаю все, что должен, чтобы обеспечить безопасность тех, кого люблю. Выбивая из них дерьмо, я не заставлю их изменить свое мнение. Они верят в ту чушь, которую изрыгают. Довольно много людей смотрят на меня, словно у меня чума, поэтому лучше всего привлекать поменьше внимания.
Блейк потягивает свой напиток, глаза сужены. – Поэтому ты здесь? – Он формулирует это как вопрос, но больше, чем уверен, ему известен ответ.
– Ага. Поэтому я здесь. К тому же я буду гонять мяч. Все не так плохо. – Усмехаюсь. – Ну, а если серьезно. Они оставили меня в покое с тех пор, как я поступил сюда и, надеюсь, так будет продолжаться и дальше.
– Джейкобс, ты лучше меня. Понимаю твои мотивы, но не скажу, что смог бы поступить так же. Если тебе что-то понадобится, я на твоей стороне.
– Все в порядке. – Мы упустили шанс сыграть в бильярд, поэтому немного поболтали и вернулись в общежитие.
***
Наконец-то я еду домой. Из-за футбола и тренировок десять дней были урезаны до шести, Эмс расстроилась, но я заверил ее, что заглажу свою вину перед ней. Выпрашивая и умоляя, я получил разрешение увезти ее на две ночи. Возвращение обратно в Тайби-Айленд, в этот раз только вдвоем, это сюрприз для нее, потому что уверен, Люк пришел бы в бешенство и отказал бы мне. Дареному коню в зубы не смотрят, поэтому мне плевать, как, черт возьми, мои родители и Фэб это организовали. Конечно, Эмс через пару месяцев будет восемнадцать, но она еще в старшей школе.
Я пишу ей, что опаздываю, хотя на самом деле я в пяти минутах от ее дома. В ответ получаю смайлик с очень грустным лицом, но зато она будет достаточно отвлечена, и я смогу незаметно прокрасться и удивить ее. Я останавливаюсь за несколько домов и иду через двор, чтобы проскользнуть в заднюю дверь. Фэб и Люк, улыбаясь, сидят за столом. Ладно, Фэб улыбается, Люк пристально смотрит. Киваю ему головой и крадусь в гостиную, где, как мне известно, находится Эмма. Накрываю ее глаза руками, и она пронзительно кричит. Из-за нее я могу получить серьезное повреждение слуха, но это не важно. – Лжец, - разворачиваясь ко мне, она в то же самое время смеется.
– Иди собери сумку. – Целую ее.
– Что?
– Ты. Я. Тайби-Айленд. Две ночи. – Она заглядывает через мое плечо и прикрывает пальцами губы, заставляя меня замолчать.
– Папа сойдет с ума, если услышит это, - шепчет она. Я наклоняюсь ближе к ней.
– Твой папа это одобрил, - шепчу в ответ. Ее рот открывается, а глаза становятся размером с блюдца.
– Какого черта?
– Иди. Собери. Сумку.
Она отворачивается от меня и идет в свою комнату, а я возвращаюсь на кухню, чтобы предстать перед расстрелом. – Спасибо вам обоим.
– Если хоть один волосок упадет с ее головы, я убью тебя. Это разрушит крепкую многолетнюю дружбу между твоими родителями и нами, но я готов к этой жертве.
– Лукас Николс, - Фэб сильно шлепает его, - мы знаем, что ты позаботишься об Эмме. Мы доверяем тебе. – Ее слова предназначены больше для Люка, чем для меня, но не буду обострять ситуацию.
– Я понял, сэр. Надеюсь, вам известно, что вы не должны волноваться за нее, когда она со мной.
– Как ты думаешь, почему она едет? – Он – человек честный. Хороший, но Эмс – его ребенок. Понимаю, что он оказывает мне доверие, и, я надеюсь, что он знает, как я благодарен за это.
– Я готова. – Эмс, прощаясь, целует их и тянет меня, торопясь сбежать. – Святое дерьмо, я думала, что папа собирается убить тебя, - говорит она, захлопывая дверь пикапа.
– Он убьет, если найдет твои противозачаточные таблетки. Ты собиралась в спешке, уверена, что все взяла? – Она собралась за рекордное время. – Я еще не видел моих родителей. – Целую ее и завожу машину.
– Это может и подождать, пока мы не вернемся домой. Я испеку для них пирог или еще что-нибудь, но, боюсь, чем дольше мы остаемся здесь, тем больше шанс, что мой папа придет в себя и прогонит меня в башню, и больше меня не увидят.