Время в одиночестве дает мне слишком много времени, чтобы думать… зацикливаться. Я перечитала бабушкино письмо, больше ничего не понимаю. Поторопилась ли я в своем суждении? Скорее всего. Я не могу повернуть время вспять, а он не может стереть то, что сказал. Как и я.
Я стараюсь пробить себе дорогу в жизни, пустить корни и дать им разрастись, но большинство дней чувствую себя так, словно они запутываются. Как и я, плыву вверх по течению в этом океане жизни. Волны накатывают, тащат тебя вниз, но ты продолжаешь брыкаться… толочь воду, пока не достигнешь пика и не всплывешь. Это все, что я могу. Упускаю варианты спасения, мой спасательный круг пропал, и мне страшно увидеть, что ждет меня на следующем этапе жизни.
Глава 34
Уильям
С тех пор, как ушла Эмма, в моей жизни полно друзей. Каждый требует провести со мной вечер.
Джек (Прим: виски Jack Daniel’s).
Джим (Прим: бурбон Jim Beam).
Хосе (Прим: текила Jose Cuervo).
Джонни (Прим: виски Johnny Walker).
Грей Гус (Прим: водка Grey Goose).
Я прогуливаюсь даже с Бадом, Бушем, Стеллой (Прим: пиво Budweiser, Busch, Stella Artois)… с этими всепрощающими засранцами. Со всеми и с каждым из них.
Они вызывают туман и вводят меня в состояние оцепенения. И становятся пристрастием. Моим пороком. Вместо того, чтобы тянуться к моей белокурой искусительнице с голубыми глазами, я тянусь к бутылке и позволяю жидкости заглушить мои сокровенные мысли.
Моя задача по поиску себя, которой я добивался, подходит к концу. Дни моего обучения в университете в прошлом.
Моя мечта играть в футбол профессионально… ослабела. Ничего из всего этого не имеет значения. Поэтому, когда Брайан, освобожденный под залог, в одиночку заходит в бар, я не думаю.
Я действую.
Первый удар по его роже меня успокаивает. Второй удар, когда я чувствую, как его кости ломаются под моими костяшками пальцев, вызывает наслаждение. Третий, четвертый и пятый удары – это мое личное возмездие. Без понятия, как долго я его бил, сколько ударов он выдержал, прежде чем меня увели в наручниках и посадили на заднее сиденье полицейской машины. В этот раз он был спасен, в следующий раз ему так не повезет.
Годы пыток, а он был за решеткой всего несколько месяцев. Весы правосудия серьезно перекошены, и я продолжу их балансировать. У меня есть план; первый с тех пор, как начал свой путь в ад. Это не безопасный замысел, но план, над которым я работаю.
Мне все равно. Кровь, насилие… все это часть того, в кого я превращаюсь. Из чего я родился. Наконец-то, я принял своих внутренних демонов. Я устал с ними сражаться. Я устал сражаться за себя. Я отомщу за всех обиженных и склоню чашу весов в пользу аутсайдеров. По одному нетерпимому уроду за раз.
Мне нечего терять, и для такого человека, как я, это опасное место. Место, где люди вроде Брайана и Сета будут обнаруживать себя снова и снова.
Глава 35
Эмма
Есть замороженную индейку на ужин в честь Дня Благодарения – не совсем то, что мне казалось, повлечет за собой моя жизнь. Я могу закрыть глаза и почувствовать обалденный запах, который обычно на этот праздник доносится из кухни. Рот увлажняется от мысли о еде, которой мне не хватает. Мама умоляла меня приехать домой, а папа пытался подкупить; я не была готова к возвращению.
Я разбиваю комки, картофельное пюре все еще замерзшее, и звоню домой.
– Привет, Фасолинка, – приветствует меня мама.
– Не упоминай о еде. Я могу только мечтать о том, чего мне не хватает. – Это не шутка.
– Эмма, как бы мне хотелось, чтобы ты приехала домой. – Ее голос прерывается, и я слышу ее шиканье на папу, когда он борется с ней за телефон.
– Все нормально. Обещай, что поможешь мне приготовить Рождественский ужин.
– Конечно. Я только что говорила Джеймсу, что должна вновь посетить все наши любимые местечки, когда приеду к тебе.
– Мам, - предостерегаю я. Я просила ее не разглашать, где я.
– Я сказала только им. Он до сих пор всех избегает. – От этого лучше я себя не чувствую, один промах, и все, над чем я работаю, может на меня же и рухнуть.
– Хватит уже. Лучше бы ты ничего им не говорила. – Мне плохо от того, что я выговариваю ей, но мне нужна была эта отдаленность. Анонимность.