Думаю, что сейчас наступил твой переломный момент, когда тебе нужно понять, хочешь ли ты двигаться дальше. Или же…"– птица ненадолго замолчала, видно, что эти слова дались ей нелегко, продолжила:" У тебя есть возможность стать прежним. Это реально, если ты вернёшься назад. Всё будет, как и раньше и ты забудешь, что было, когда ты был птицей". Я удивился тому, как откровенно со мной говорила Белая, понимая, что это может быть наш последний с ней разговор. Всё же она решилась, зная, что я могу стать тем, кем был. Или не был. Моё прежнее существование было просто чередой одних и тех же дней и вот, когда чудесным образом все изменилось, именно тогда я почувствовал внутренний огонь, именно тогда я понял, что это то, что должно со мной быть. Но я тот, кто я есть, и я лечу туда, куда ведёт меня сердце.
Топча своими лапками и шурша крыльями, я посмотрел на блестящий камешек, потом на птицу и сказал: «Белая, я полечу дальше и пусть будет так, как будет. Меня тянет неведомой силой туда, куда я и сам не знаю, а находясь с тобой, мне кажется, что всё получится. Мы вернём этот волшебный камень, и я знаю, что мы сможем пройти этот путь, наслаждаясь свободой полёта и радуясь тому, что есть. Благодарю тебя, что учишь меня любить этот необыкновенный мир". Я наклонился перед птицей, взял камень в клюв, и мы полетели дальше, огибая гору с западной стороны. Мы летели и ветер, словно подгонял нас своим тёплым и прерывистым дыханием.
Глава четвёртая. Бой.
Мы летели над равнинами и лесами, над реками и вершинами гор, иногда останавливаясь, чтобы немного поспать и набраться сил. Путь наш освещали солнце и луна. Я был воодушевлен и казалось, что внутренняя улыбка согревала меня на протяжении всего нашего путешествия. Мы приближались к реке истинных желаний, где как оказалось и зародился камень. Когда мы летели, птица рассказала мне, почему она не могла поведать всё сразу. Она боялась спугнуть во мне веру. Ведь я находился в своих постоянных, внутренних сомнениях. Я понимал это. И спустя время, когда уже подходил к завершению наш полёт к цели, я осознал, насколько поверхностен я был, не допуская ничего нового в свою жизнь. Я жил в страхе того, что всё вокруг может измениться и я снова испытаю боль от потерь. Но это путешествие словно вылечило меня от моих запутанных мыслей, и я попробовал жить тем, что есть, не задумываясь о том, что всё может закончится, не начавшись.
Огромная и могучая река Мо разливалась по равнине, словно гибкая и изящная змея, которая свободным течением спускалась вниз тёмной пещеры. Её журчание, словно шёпот успокаивал, заманивая куда-то внутрь. Словно до боли знакомая колыбельная матери, звуки реки в пещере, окутывали теплотой и нежностью. "Ну вот мы и на месте!"– сказала с гордостью птица. "Теперь нужно отыскать истинное место зарождения волшебного камня. Он должен светить там ярче, чем сейчас". Я огляделся по сторонам, всё это время держа камень в клюве. Он был для меня таким ценным и настоящим, будто бы он это я. Пройдя еще подальше, вглубь тёмной, влажной пещеры, камень стал светится особенно ярко.
Я зашагал ближе, как вдруг на меня что-то налетело и сбило с ног. Камень выпал у меня из клюва и прокатился вниз, практически упав в синюю реку. "Ну здравствуй, милая наша сестра"– сказал чей-то хриплый и грубый голос. "Зачем ты решила изменить ход событий? Мы так усердно охраняли камень, чтобы он не вернулся на место и не сделал всех открытыми своим истинным желаниям и чувствам! Ты же знаешь, что так уже было раньше и быть может, уже хватит делать всем добро! Пусть все живут в неведении и делают так, как выгодно нам! Для чего тебе всё это? Истина, доброта, любовь? Скажи, кому всё это нужно? Это тоска! Настоящие страдания, неведение и боль- вот, что даёт нам силу! Эмоции злости и несчастий самые сладкие! Мы не позволим тебе вернуть всё на места! Мы есть сила, которая держит всех!"
Я слышал взмахи крыльев и этот монолог был настолько ярок, что казалось пещера не выдержит всей свирепости слов, которые так громко были слышны. Гнев был настолько могуч, что эхом отзывался в скалах, которые были в глубине пещеры. Я приподнялся и в ужасе увидел, как две большие чёрные птицы наклонились над Белой, прижав её, крича и словно вдавливая в землю.