— Ну, примерно… — буркнул я, вспоминая, как Небо интересно решило мою просьбу. «Хочешь справедливости? Так сделай сам!» — и послало меня в тело прецептора, менять законы и заботиться о нулях.
Ну, вот и позаботился… С досады я тоже сплюнул в воду, и Белиар расхохотался.
— То-то я удивлялся, что Небо, как сила, одинаково слушалась и Каэля, и Эзекаила…
— Да без разницы, кого! — нервно прорычал Демон, — Да хоть какой-нибудь сраный… эээ… Нулеар там будет, он сможет направлять созидающую силу Неба. Как и любой дьявол получит власть над разрушающей силой Бездны!
— Но неужели богов Целесты не пугает, что равновесие нарушится? Ведь в нём огромная сила!
— Именно! Поэтому я и пытался вернуть все двенадцать дьявольских фратрий, чтобы Тенебра могла противостоять Целесте… Равновесие — самое главное! Да даже наша Тенебра питается людьми, если уж на то пошло! Где нам брать бесов, если не в Инфериоре, где звери и люди всегда пытаются стать сильнее… и падают в Тенебру, поддавшись уговорам Бездны?
— Ну, Целеста сама виновата, что закрылась барьером и принимает людей, так сказать, по блату, — задумчиво сказал я, — И ничего особого не поменялось.
— Не ищи тут логики, малыш, — Белиар поморщился, — Это боги, они всегда ставят себя выше других.
— Да нет, — холодно продолжил я, — Логика есть, и она как раз в том, что именно Тенебре моя нулячья ересь невыгодна… Тенебре нужна старая вера, где люди всегда представали перед выбором, и впадали в отчаяние перед небесным барьером!
Демон молчал, ехидно улыбаясь, пока я заканчивал мысль.
— Именно тебе нужны люди, месящие в Инфериоре нулей, как грязь, и вечно падающие в бесов! Целеста в любом случае получает сливки, а в Тенебру стекает шлак.
Белиар лишь повёл головой:
— Мозги твои, как и всегда, умеют меня удивить, поднёбыш.
— Может, боги Целесты чего и учудили, но здесь мы, судя по всему, по твоей милости. Так, Беляшик⁈
Демон дёрнул ногами, забурлив водой, но и я тоже не собирался быть грушей для битья. Так мы помутузили друг друга несколько минут, пока не выдохлись. Дохлые мы нули, чего уж там.
— Из того, что ты рассказал, я понял лишь, что твой план немного провалился, — наконец, сказал я, когда мы обессиленно повисли, просто плавая в воде.
— Доверился не тому, — буркнул Демон, — Со мной такое часто бывает…
— Я заметил. То кровь свою не там оставишь, то доверишься не тому.
— Сам-то, я смотрю, не из тех рук принял бодрящий напиток?
Мои брови чуть подпрыгнули. Значит, он тоже тем же самым путём попал сюда?
— И всё же… Не знаю, что ты там в Тенебре учудил, что тебя свои же обнулили. Но насчёт Целесты, кого поставят боги вместо Каэля? Эзекаила нет, и…
— Да что ты заладил всё со своим Эзекаилом⁈ — огрызнулся Белиар.
Эта его нервозность, которая проявлялась уже не первый раз при слове «Эзекаил», заставила меня прищуриться.
— Беляшик…
— Ты знаешь, червь поднёбный, как меня бесит это прозвище!
— А ты убил Эзекаила? Там, в тот самый день, в тот самый миг?
Белиар вздохнул, словно моя глупость его изрядно уже замучила, и сразу потерял ко мне интерес. Вода была уже под самыми прутьями, поэтому он лёг на спину, закрыл глаза, заложил руки за голову, да так и плавал расслабленно.
— Белиар?
Послышался смачный храп.
— Белиар!!!
— Ну что ты орёшь, поднёбыш?
— Ты убил Эзекаила?
— Ну как сказать, убил… Это вопрос философский, червь. Убил ли я бессмертное существо?
— Да, убил ли ты бога Эзекаила, который встал тогда у меня на пути?
— Это когда ты шёл к Небу со своими глупыми фантазиями о равенстве между молью и львом? С мечтами о милосердии волка к зайцу?
— Значит, всё же не убил… — сказал я и, к своему удивлению, улыбнулся. Одной тайной стало меньше.
Я тоже расслабился и лёг на спину,
— Ну, как сказать, убил. Так, недоубил немножко… Самую чуточку.
— Значит, все эти россказни про Слово Эзекаила, и про его скорое возвращение имеют под собой основу. Ну, хотя бы буду знать правду.
— И даже больше… этот двуликий оказался слишком хитёр. Кто же знал, что за одним его обманом, который ты вот вроде бы раскрыл, кроется ещё десять скрытых? — Белиар водил языком по губам, смакуя ночной ливень, — Ух, в Бездну этого Эзекаила! Он оказался настолько тривиальным, что даже мне, демону, противно! Ему просто нужна месть, представляешь? Месть Каэлю, мне… кхм… ну и тебе…
— Так он жив⁈ — я вскинул голову и, шарахнувшись о жердь, чуть не захлебнулся, — Кха!.. Кха!..
— Ну, жив достаточно, чтобы собирать армию в Инфериоре… и мстить всем обидчикам.