Воды набралось уже столько, что теперь мы просунули головы через прутья, да так и зависли. Было очень холодно, зубы так и стучали, но, к счастью, это была не зима.
— Когда ты, просва бешеная, устроил нулячью резню ангелов в Медосе, Эзекаил явно понял правила божественной игры, — сказал Белиар, сплёвывая дождь, — Понял даже яснее, чем любой божок Целесты! Когда я ему проломил его божественную черепушку, он просто сбросил меру. Выпулил всю божественную силу и опять ушёл в Инфериор…
— Но как⁈
— А я знаю? У Неба своего спроси… По крайней мере, Бездна считает, что это всё помощь Неба.
Я лишь поджал дрожащие губы. Так-то верно, мы все тогда находились перед Небом, перед этой безграничной светлой силой, простирающейся от бесконечности до бесконечности.
Что мог сделать Эзекаил, чтобы спастись? Предложил, наверное, Небу сделку — «жертвую всей своей мощью, а ты меня спаси». Небо — светлая сила, и она не может отказать. Тем более, отказаться от бессмертия вполне себе серьёзная жертва.
Но бессмертие — дело наживное. Вот Эзекаил и просёк, как получить второй шанс.
— Вижу, ты тоже понял, поднёбыш.
— Значит, Эзекаил уже здесь… И для чего он собирает армию? Чтобы захватить Орден?
— Узко мыслишь, нулёк! По нулячьи прям, на нулячьем своём уровне…
— Белиар!
— Ну что Белиар? Явно Эзекаилу нужно больше, чем Инфериор. Но я знаю, что он даже спускался в Тенебру, чтобы договориться с продажными верховными демонами… Грязь бесовская, они ни хрена не видят дальше сиюминутной выгоды! Черви подзёмные!
— Эзекаил, значит, пытался заручиться твоей поддержкой, и обманул тебя.
— Он говорил достаточно убеди… Да твою ж нулячью меру!!! Ух, поднёбыш, ненавижу!!!
Я рассмеялся и тут же ухнул, получив пяткой в живот. Стал пинаться и сам, даже не гадая, куда попадёт. Судя по шипению Белиара, попало ему тоже здорово.
Выдохлись мы быстро и, кое-как отдышавшись под проливным дождём, продолжили.
— Как же ты доверился ему, зная, что он хочет тебе отомстить? — я покачал головой, — Не узнаю Белиара…
— Он умеет убеждать. И, если честно, я увидел в нём прекрасного кандидата на дьявола, который легко сможет обрести такую силу. А у нас в Тенебре сейчас, знаешь ли, дефицит кадров! Не каждый верховный демон захочет рискнуть и пройти трансформацию… Одной лишь Бездне известно, оставит она силу дьявола счастливчику или просто пожрёт его?
— Белиар, — я снова прищурился, — Какой, на хрен, дефицит⁈ У вас там демонов было, хоть жопой жуй!
— А вот такой вот! Я, знаешь ли, тоже немножко увлёкся… ну, чистками… Месть — штука увлекательная, сложно остановиться, да и вообще я дьявол! Мне простительны такие слабости! Сначала решить свои личные дела, а потом уже заняться делами управленческими…
— Иштар? — вдруг догадался я и расхохотался, — Так всё дело в Иштар… Ну да, кто смог бы лучше создать тебе проблемы, чем любимая женщина⁈ Ведь её столькие извергов обидело, пока Беляшика не было, а потом надо было всем им воздать по полной!
Белиар скалился от правды в глаза, но драться пока не лез. Ещё недостаточно отдохнул, как и я.
— Сам-то хорош, да? Я так понял, ты тут прозябаешь из-за большой любви подданных?
Я поджал губы и поморщился. Тут Беляшик был прав, я не узрел обмана там, где легко мог его разглядеть.
— Да и душу я снова не хотел свою терять, — вдруг буркнул Белиар.
— Душу?
И тут я вспомнил. За то, что он убивает Эзекаила, я освобождаю его… И, видимо, падший ангел, спустившись в Тенебру, именно об этом и напомнил дьяволу. Мол, вот я, живой, а значит, душенька твоя всё так же несвободна.
— Неужели этим можно шантажировать? — изумился я, — Белиар, твою ж мать! Ну пришёл бы, да освободил бы я тебя! Ну, на хрена мне твоя душа? Я же говорил…
— Да, можно! — Демон подёргал прутья, — У нас, знаешь ли, репутация тоже много значит. Да и дело не в этом. Я тебя под удар не хотел ставить…
Я положил затылок на щербатую жердь и некоторое время думал, ощущая колючие потоки дождя на лице.
Эзекаил уже имел опыт шантажа бога Каэля, когда тот мучился чувством вины к убиенному брату. И, видимо, хитрый двуликий решил снова провернуть эту же схему, только теперь с напуганным дьяволом Тенебры. Привык он иметь на привязи ручного дьявола…
Ну, тут я его понимаю. Очень даже приятное чувство, этого не отнять. Конечно, эти мысли я не стал озвучивать Демону.
Впрочем, свербила у меня одна неприятная мыслишка:
— Слушай, Белиар, а это не ты от меня решил избавиться?
В этот раз он попал очень больно, как раз по самым моим двум звенящим нулёчкам, да так, что я наглотался воды. Правда, сам же Демон, подцепив меня ногами, и вытолкнул снова из воды.