Белиар просто уткнулся лицом в песок, а я обернулся, и мой взгляд заскользил по кромке противоположного берега. Пока никого, но это всё дело нескольких минут… или даже секунд.
— Беляш, вперёд! — я потянул его, но обессилевший ноль отказывался двигаться.
— Ух, поднёбыш, сколько же ты себе смертных казней уже приговорил… Я ненавижу, когда меня зовут Беляшиком!!! — прогудел он в песок, — Умри!
— Обязательно! — заворчал я и потащил его, как есть. Потом, заметив, что он так и запутан в своём кнуте, ухватился за него. О, так гораздо легче тащить!
Белиар закряхтел, потому что жгут перетянул ему шею, но мне было всё равно. Волчьими рывками я двигался вверх к ближайшим зарослям — пляж когда-то порос молодыми ивами, которые теперь торчали просто чёрными тонкими палками. Они тут же стали ломаться, да осыпаться углём и пеплом, когда я в них врубился.
Я проволок бедного Демона по кочерыжкам кустов, кое-как затащил за внушительный пригорок и без сил упал. Даже копьё уже не справлялось, не могло влить жалкому нулю ещё хоть толику силы…
Демон так и не двинулся, и я испуганно проверил путы кнута у него на шее. Нет, не перетягивает. И сам ноль дышит, спокойно так, умиротворённо.
Тяжело хрипя, как паровоз, я уставился на небо. Как назло, светило яркое солнышко, и уже ни одного облачка, как будто и не было ливня ночью. Идеальная погода для охоты…
Я выглянул из-за пригорка, всматриваясь через заросли в тот берег, и прислушался. Сбоку вдруг раздался смачный и уютный храп, донёсшийся от Белиара, который так и валялся лицом в пепельной земле, и я в сердцах пнул его.
— Вот сволочь!
Тот так и не проснулся, лишь всхрапнул и, отмахнувшись ногой, свернулся калачиком. Да поудобнее перехватил кнут, будто это была одеялка.
В этот момент нахлынувшее шестое чувство заставило меня пригнуться. Нет, в нас ничего не летело, никакое оружие не угрожало, лишь чей-то острый взгляд чуть не полоснул по мне… Ещё бы чуть-чуть, и заметили.
Я понял, что это каким-то образом помогла техника копья, и выглядывать больше не решился. Раз сила дара указала спрятаться за пригорок, буду ей доверять.
— Белиар, — скатившись к нему, я толкнул нуля локтем. Тот не просыпался.
Ну охренеть! То есть, он будет дрыхнуть, а я его таскать по Палёному Лесу⁈
— Бе!.. — хотел было уже рявкнуть я, но замер.
Потому что дальше, в зарослях обугленного ивняка, на фоне чёрного леса покачивался массивный полукруглый силуэт, лоснящийся на солнце гладкой кожей. На меня глянули десятки глазков, обрамляющих розоватое нечто, и я почувствовал, как изучают мою меру… Давление меры этого чудища я ощущал прекрасно — эта тварь нас обоих вмиг проглотит!
Дрожащей рукой я поднял копьё, направил наконечник в сторону хищника. В этот момент, видимо, неведомое чудище решило, что я вполне подхожу для трапезы, и уже ломанулось было через кусты, но тут что-то спугнуло его, будто оно тоже почуяло взгляд.
Силуэт, тихо прошелестев обратно, исчез. А я некоторое время сидел, чувствуя, как душа из пяток постепенно возвращается в тело… Только когда чудище исчезло, я подумал, что даже не успел глянуть его меру.
Я медленно и с облегчением выдохнул. И тут же замер, чётко расслышав случайный хруст неподалёку и вырвавшуюся ругань: «Вот говно нулячье!»
Осторожные шаги я уже не слышал, но буквально почуял их своим нутром, понимая, что на пляже есть ещё кто-то.
Глава 15
Хитрость и прямолинейность
Я быстро заткнул Белиару рот — слишком уж громко он храпел. Хоть бы этот гость не услышал… Демон, как назло, не проснулся, но неожиданно послушно сбавил громкость — уютно и сладко засопел. Мол, раз уж просишь, но просыпаться не намерен.
Рискнув и открыв рот Белиару, я тихонько, сантиметр за сантиметром, чуть приподнялся. Копьё в руках даровало мне уверенность, но я знал, что до губительной самоуверенности был один единственный шаг. И в то же время, жаться в нашем тайничке, боясь выглянуть, смысла не было — рано или поздно найдут.
Хруст послышался снова. Я осторожно выглянул за краешек земли, и всего в пяти шагах впереди заметил спину воина. Тут же я отвёл взгляд, размазывая зрение, и спустился чуть ниже… Эх, человеком я гораздо лучше это умел, боковым зрением следить за целью.
Это был явно зверь, и он тоже как раз присел, скрываясь в зарослях. На поясе у него висел кожаный тул, полный стрел, а сам воин держал наготове довольно внушительных размеров лук. Но вот он словно стал таять, будто пёстрая тень попала на него — моё боковое нулячье зрение уже не могло ухватиться за его силуэт, и мне стоило огромных трудов, чтобы снова не глянуть на него в упор.