— Какой план, поднёбыш? — Демон причмокнул, набирая в ладони воды, чтобы напиться.
— Какой, какой… Не стать кормом червям, — я устало опустился рядом.
Темнота позади пока сквозила тишиной, но мы оба знали, что это ненадолго.
— Раз уж одного нашего врага съел другой враг… То, может, поискать врага крупнее, чтобы он съел этого врага? Враг моего врага — друг!
— Философ, что ли? — огрызнулся я, глядя на стены пещеры. Судя по её размерам, навряд ли в ней мы встретим кого-то больше, чем съевшего зверя червя.
Присмотревшись, я вскочил…
— Так, давай-ка уже выбираться отсюда.
Словно в подтверждение моих слов темнота, из которой мы прибежали, скрипнула в отдалении камнями. Скрипнула грузно, будто что-то очень тяжёлое опустилось на них.
Мы тут же потащились по ручью. От холода стало сразу сводить мышцы, но лучше уж так, чем стать кормом для червя.
— Чего ты тут увидел-то? — спросил Демон.
Я царапнул копьём по стене.
— Разводы под потолком, такие от воды остаются, если она долго стоит.
Конечно, разводы тут были под углом. Значит, пещера наполнялась, и постепенно вода уходила вниз.
— Может, это тысячу лет назад было!
— А может, и не было, — я отмахнулся, — Не люблю я, короче, воду в пещерах…
Я оглянулся и выругался. Тусклые светлячки позволяли видеть далеко и вперёд, и назад. И как раз позади внизу что-то их тушило, эти личинки… Не сразу до меня дошло, что это «что-то» просто протискивается к нам, и давит светящихся обитателей своим массивным телом.
— Твою ж мать поднёбную! — Белиар рванулся было вперёд, пробежал несколько шагов, а потом остановился, сообразив, что я не бегу за ним.
А я и вправду стоял, потому что свет личинок, колышущийся внизу, подсказал ещё кое-что.
— Ты чего, Марк? — позвал Демон.
Я поднял руку. Мол, погоди…
Туша червя, упрямо преследующего нас, приближалась. Мы успели пробежать всего около полусотни метров по наклонной круглой пещере, и можно было только позавидовать скорости этого чудища, догнавшего нас.
Но этот лаз явно был прорыт сородичем поменьше, и червю было здесь тесновато. А значит, и у воды не было никакого выхода.
И к тому моменту, когда червь практически добрался до меня, воды перед ним набралось достаточно, чтобы я мог разглядеть его морду, а видел только пенящиеся волны. Словно дождевая вода пёрла вверх из переполненного коллектора.
— Идиот, а если он может дышать задницей? — вырвалось у Демона, стоявшего выше.
— А? — я оглянулся. Волны уже накатывали мне на щиколотки…
Только тут до меня дошли слова Белиара. Вот чёрт, а об этом я как-то не подумал. А хотел красиво понаблюдать, как эта дура захлебнётся прямо передо мной, в одном метре от своей цели.
— Твою ж мать! — я подорвался с места вслед за демоном.
Всё же отчасти я оказался прав. Скорость у червя заметно упала, ведь он толкал перед собой огромную массу воды, которая ещё и стремительно набиралась. Сколько он сможет так за нами гнаться?
Сзади раздался оглушительный рёв, будто спустили унитаз размером с грузовик. Оглянувшись, я узрел, как бушующая в десятке шагов внизу пена вдруг завернулась в водоворот, и вся вода резко спустилась в зубастую пасть. Мгновение — и на нас смотрят десятки невинных глазок на чисто умытой морде червя…
— Ну охренеть! — вырвалось у меня.
Осознание, что чудище приобрело прежнюю скорость, помогло нам бежать быстрее. Правда, вскоре Белиар снова стал терять темп, и мне, как обладателю самого длинного и толстого копья в этой пещере, пришлось уже подхватить его руку на плечо и скакать с ним на пару.
Круглая пещера резко заворачивала, и после поворота мерцающие личинки вдруг кончились, но при этом в глаза вдруг ударил другой, более яркий свет. Он придал мне ещё скорости, тем более, я уже лопатками ощущал зловонное дыхание червя за спиной.
Тоннель вибрировал и гудел от скрипа протискивающейся за нами туши, и я благодарил Небо за то, что здесь течёт ручей. То и дело червь терял в скорости, набирая перед собой тонну воды, потом с бешеным рёвом глотал её, прогоняя через себя, но эти секунды давали нам фору.
— Сожри Бездна этого засранца! — прохрипел Белиар мне в ухо, — Представляешь, какая дрянь там из него сзади льётся⁈ Интересно, тот зверь перевариться хоть успел?
Я не успел ответить, потому что мы вылетели на поверхность. Жмурясь от яркого солнца, мы едва не свалились. Ноги увязали по щиколотку в какой-то каше, но мы продолжали бежать вперёд.