Но в этот момент просто вмешался его величество случай! Иштар, у которой была моя кровь… точнее, кровь Перита, ведь когда я гостил у этой демоницы, я ещё не был в теле прецептора.
Душа одна, а кровь разная… И эта мелочь явно оказалась очень важной деталью.
Так вот, Иштар пытается связаться со мной, почему-то используя магию Абсолюта. Скорее всего, она хотела, чтобы я сразу примчался к ней, как Частица Абсолюта, которая наказывает за использование запретной магии…
И, получается, это Иштар выдернула мою душу из тела Аластора в самый неподходящий момент. А быть может, наоборот, в самый подходящий — меня же собирались убить.
Те, кто пытался это сделать, тоже использовали магию Абсолюта, а ещё зелье, в котором оказался смешан прах Просвещённого и яд каракоза. В это время Иштар, получается, просто вмешалась в обряд.
Да, в моей жизни такое происходило впервые… Ну а кто ещё мог знать, что бывает, когда два адепта, находясь в разных местах, магическим образом воздействуют на один и тот же объект?
Никто не мог знать, но мне было смешно. Поэтому я и хохотал, под удивлённые возгласы Иштар, которая никак не могла понять, что меня рассмешило. И лишь пыталась повторить мне, что нужно найти Белиара.
— Да я уже нашёл… — отсмеявшись, буркнул я, — Ты только, демоница, помни. Ты закрутила жернова такой истории, что она точно аукнется не только Тенебре, но и всему Нулевому Миру.
— В Тенебре и так всё слишком изменилось, — проворчала Иштар, — Я не много теряю… Стой! Поднёбная душонка, ты и вправду нашёл Белиара?
Я хотел ей ответить, но в этот момент всё пространство подёрнулось, будто бы размываясь. И, кроме души, я вдруг стал чуять своё тело… Побитое и измученное, отдающее болью в каждой клеточке, но вполне себе живое.
— Марк! — донёсся гаснущий голос Иштар, но, кажется, она не слишком хорошо владела магией, раз моё пробуждение оборвало связь.
Глава 20
Седина в меру, бес в ступень
— Что, нулёк, очнулся? — донёсся насмешливый голос.
Кто это говорил, я не видел, хоть и попытался открыть глаза. Не сразу до меня дошло, что моё лицо просто заплыло настолько, что от глаз даже щёлок не осталось.
— Ну что, мастер Кунц, держи свои пять денов, — недовольно пробормотал ещё один голос.
— У-у-у, зверьё твоё пустое, говорил же я, что чую сильную волю?
Если бы мне не было так хреново, я бы насторожился. Но всё, что я пока мог, это плавать в омуте боли и мучений, пытаясь осознать хотя бы частично, что с моим телом. Лежу я или сижу, связан или нет… Тело моё представляло собой единый побитый мякиш, и в какой оно находится позе, сообщать отказывалось. Только и стучало кровью в виски: «боль, боль, боль»…
— Да, Кунц, этот и вправду покрепче оказался. А тот что, так и сдохнет? Или добить?
— Пусть валяется. Убить всегда успеешь, нам Хайю найти надо!
Мои разбитые губы растянулись в улыбке и предательски полопались. Ну что ж, у меня для вас плохие новости, зверятки — гиену вашу я скормил червякам.
Тело вдруг соизволило почувствовать что-то ещё, кроме боли, и я понял, что лежу лицом вниз. Кажется, уткнулся в песок.
Ха, меня даже не связали! Я просто валяюсь, а эти бараны рядом ведут беззаботные беседы… Ну что ж, это была ваша ошибка, сволочи!
Ничего, конечно же, не произошло. Ослаблен я был так сильно, что только и смог, что ещё раз растянуть губы в ухмылке, чтобы они закровили ещё больше.
При этом я чуял, как мне в живот упирается лезвие ножа… Эти твари даже не удосужились обыскать меня, и мой примотанный за пазухой нож до сих пор был со мной. И чудом он не убил меня же самого, пока моим телом обстукивали ствол дерева.
Кажется, прошла целая вечность, пока я смог чуть-чуть приоткрыть одно веко. Заплывший глаз совсем не хотел видеть, но я смог узреть тонкую полоску дневного света, чтобы снова мучительно зажмуриться.
Тут меня сгребли за шиворот и вздёрнули. Моя голова и все конечности безвольно свесились, словно это марионетку подняли. Кажется, левая рука либо сломана, либо вывихнута так, что смотрит в другую сторону.
— Значит, так, ноль сраный, — жарко пропыхтели мне в ухо, — Сейчас ты мне говоришь, где наша глава клана, Хайя Пепельная, и… — тут собеседник замолчал, кашлянув от досады, потом у кого-то спросил, — А что «и»-то?
— Сдохнет быстро. А так будет медленно.
— Так я и хочу, чтоб он медленно подыхал!
— Кунц, так ты не говори ему, что так и так он медленно подохнет, да и всё.
Идиоты… Какие же они все непробиваемые идиоты. Я же вас слышу, зверьё вы безмозглое!
Насколько надо быть отбитым звериной мерой, чтобы воспринимать нуля как совершенно тупое существо, а? И это после того, как этот ноль пришил уже несколько ваших…