Дерьмо нулячье! А ведь для них я всего лишь подножный корм!
Эта мысль чудом удержала меня, чтобы снова не скатиться в обморок. Марк, больше ты не очнёшься… Тебя медленно поглотят и переварят, и ты даже не почувствуешь, как отдашь свой дух небу. Или, скорее всего, червяку.
Я сгрёб пальцами пыльный гравий, воняющий гарью. Прерывисто выдохнул, поднимая облака пепла, и снова закашлялся. Сознание плавало на грани, я то и дело словно подлетал и видел своё же тело со спины, с высоты пары метров. Но видел, как ко мне медленно ползут толстые личинки, и делал героическое усилие над собой, снова возвращался, и смотрел уже из своих глаз, из своего слабого нулячьего тела…
Марк… Марк!
Я представил, что это Халиэль в моей голове кричит, призывает меня взять себя в руки. Да, как же мне не хватает сейчас ангела, которая могла подбодрить. Ну или хотя бы демона… Белиар⁈
— Уф-ф-ф! — пропыхтел я, кое-как перевернувшись на спину. Кажется, это было лишнее…
Я едва не потонул в накатившей слабости, и дёрнулся всем телом, будто пытаясь выплыть из глубины. Так и завис на несколько секунд, просто рассматривая… что именно?
На мгновение мне показалось, что я снова в Тенебре… Где-то сверху, в пепельно-серых тучах, угадывался потолок длинной пещеры. Бесформенные неказистые глыбы торчали из дыма, нависая прямо надо мной громадными зубами. При этом в некоторых местах потолок очерчивался сияющей паутиной, просвечивающей прямо сквозь тучи.
Не сразу до меня дошло, что это трещины, сквозь которые пробивается солнце. Твою ж нулячью мать!
Я заворочался, вдруг сообразив, что этот потолок держится буквально на честном слове. И что все эти глыбы, подпирающие друг друга, в любой момент могут свалиться… Это напугало меня даже больше, чем урчащие в паре шагов монструозные личинки.
Снова перевернулся набок, потом на живот, и пополз… Какая-то мысль билась в задворках нулячьего сознания, но не могла пробиться в истерзанный разум. Я думал только о том, как трудно дышать, и что всё просто бесполезно. Но всё равно полз вперёд, даже не видя, что впереди. А там и нечего было рассматривать — вокруг, насколько хватало глаз, струился дым, в котором я медленно задыхался.
Когда стал перелазить через неудачный камень, что-то упёрлось в рёбра, а потом больно резануло по подвздошной кости, едва не пропоров мне почки. Я скрутился, хватая себя за живот, и рука нащупала продолговатый предмет…
Мозг, лишённый кислорода, запоздало озарился догадкой. Нож!
Перехватив рукоять, я вытащил нож из-за пазухи и даже немного почувствовал себя увереннее. Не так уверенно, как с копьём, но всё же… Кстати, разум-таки разродился на логическую цепочку, и следующей мыслью было… копьё! Где оно⁈
Я закрутил головой и, во все стороны упираясь взглядом в дым, окончательно понял, что потерял его. Возможно, именно оно и спасло мне жизнь, удачно повернув тело так, чтобы я упал на личинку и не покалечился. Но вот удержать спасительное оружие я не смог.
Что-то заворочалось сбоку, разгоняя дым тяжёлым дыханием… В нос мне ударило зловоние, и в этот момент чьи-то осторожные пальцы тронули мою ногу. Быстро мокрые прикосновение проникли под штаны, скользнув к лодыжке.
Я тут же вскинулся… Это оказались не пальцы, а тонкие щупальца, обрамляющие рот здоровенной личинки. Рот её был такой, что я бы смог, если постараться, просунуть туда голову. Тварь, проникнув в сапог и попробовав на вкус мою кожу, была уже вполне уверена, что сможет поглотить меня целиком. Сначала осторожно трогала, затем же щупальца обрели цепкость и попытались обернуться вокруг моей ноги.
По коже стал распространяться холод, от которого у меня сразу застучали зубы. Эта тварь ещё и энергию сосёт⁈
Верещащий визг личинки едва не оглушил меня, когда я резанул ей по морде лезвием. Нож легко, будто по маслу, вскрыл бледно-розовую кожицу, являя мне на слабый свет смесь органов и мозгов… Личинка отпрянула, поднимаясь на дыбы, обрызгала меня своими соками и неожиданно дунула мне в лицо.
Сумасшедшее зловоние едва не выкинуло меня в мир мёртвых. Меня тут же вырвало — я едва успел перевернуться, и согнулся, выворачиваясь от таких диких спазмов, что отбитые рёбра захрустели.
И, едва меня стошнило, неожиданно стало легче… В какой-то момент будто что-то лопнуло внутри, вместе со сведёнными рёбрами, и я даже смог вдохнуть задымлённый воздух и не закашляться.