Обнуление
Обнуление.
Туман голубого цвета казалось возник из неоткуда.Ультрафиолетовый свет медленно лился тонкой струйкой напоминая червя- выползка,но уже через пару мгновений, он увеличился в размере в десятки, затем в сотни раз и заполз в квартиру номер 73 расположенную на втором этаже старенькой хрущевки -пятиэтажки.Теперь он уже не был похож на червя-выползка, он стал похож на огромного размера питона -душителя из девственных лесов Амазонки.
Просачиваясь в широкую щель под дверью, проскальзывая между облезлыми косяками двери из прессованных опилок и струясь через отверстия дешевого врезного дверного замка , он целенаправленно преодолевал препятствия.Оказавшись в квартире ,неспешно слился в одну монолитную массу и задержавшись лишь на мгновение, как будто что то обдумывал,стремительно двинулся вперед.
Квартира под номером 73,была явно холостяцкой,грязный немытый липкий пол узкого коридора был заставлен каким-то хламом и грязной изношенной обувью.Незванный гость преодолев так называемое фойе, влился в кухню. Хотя,это скорее можно было назвать не кухней а кухонькой, которая была под стать грязному и замызганному коридорчику.
Тот же грязный липкий пол, возле видавшего вида холодильника-небольшая лужа. Похоже на разлившуюся сметану или майонез. Лужа из неопознанного продукта была не первой свежести, успела уже покрыться пленкой и напоминала льдину на весенней реке.К тому же, эта лужа истощала такую ужасную вонь, хоть всех святых выноси.
Раковина была завалена огромной горой немытой и засохшей посуды. На кухонных тумбочках чего там только не было! Огрызки яблок, открытый пакет молока, рассыпанный тощий пакет муки второго сорта, пустые пивные и винные бутылки,скомканные салфетки, фужеры со следами губной помады, фужеры без следов губной парады, недоеденный пакетик чипсов, гнутая вилка,спичечный коробок, таблетки аспирина,пакетики дешевого чая... и еще штук двадцать - тридцать нелепых предметов,дополняли этот натюрморт.Беспорядок был грандиозной, на его создание наверняка ушло немало дней.Быт определяет сознание, в таком жилье о никакой счастливой жизни и заикаться не стоило.Омерзительную картину всего этого вселенского хаоса, венчала медная ваза которая как пирамида Хеопса, возвышалась над всем этим безобразием.Ваза была из другого мира,хоть она и была местами замазана грязью, которая уже успела давно высохнуть и на свет божий пробивались буквы неизвестного алфавита и диковинные рисунки непохожие ни на что.Однозначно, её нельзя было причислить к предметам быта этой квартирки. Ваза была какой то особенной, неземной и это чувствовалось по энергии исходящей из нее. Стоило лишь бросить взгляд и взгляд цеплялся за нее, как цепляется мертвой хваткой утопленник за спасателя, как репей в жажде размножиться и завоевать новые жизненные пространства прицепляется к джинсам , от вазы уже невозможно было оторвать глаз.Как и откуда она здесь появилась, вопрос был без ответа.
Голубой туман потихоньку залез в эту вазу и затаился. Ходики на стене отбили десять раз.За окном начал моросить противный затяжной дождь.
В единственной комнате, где также царил хаос и бардак как и на кухонке,на видавшем виде диване спал мужчина.Спал он в одежде, видимо читал газету, да так и заснул. Свежий номер " Парембский Вестник" небрежно валялся на выцветшем пыльном коврике возле дивана в окружении пустых бутылок увы не от кефира и молока.
Мужчина был средних лет с худым небритым лицом и давно не стриженными волосами каштанового цвета.По виду он был похож на спившегося неудачника.
Так и есть, это был собственной персоной художник оформитель местного клуба Малых Паремб а ныне безработный ,уроженец поволжских степей Гюнтер Васильевич Вайнберг. В его крови смешались немецкие и русские корни о чем красноречиво и говорили его паспортные данные.
Страдалец приоткрыл глаза и пару минут приходил в сознание уставившись на давно не беленный потолок. Сон ,который не принес бодрости постепенно улетучивался.
Васильевич мучился похмельем и настроение у него было пасмурное. Выковыряв
чинарик из железной консервной банки, которая служила ему пепельницей,он трясущимися руками лишь с третьей попытки смог зажег спичку и прикурил куцый окурок. Сделав пару глубоких затяжек, он закашлял кашлем курильщика, громко и долго.
Курение не доставило удовольствия, наоборот стало еще тоскливее на душе а во рту казалось, что нагадила кошка. Впрочем кошка нагадила еще после вчерашнего вечера, когда он пил портвейн а чинарик лишь обострил ощущения.
Гюнтер, а друзья- товарищи и собутыльники называли его просто Гена, направился на кухню испить воды, так как похмелье всегда сопровождалось жаждой, или - "сушняком", как выражались в его нынешнем окружении.
Подойдя к умывальнику доверху набитым грязной посудой, он взял первую попавшую немытую кружку и наполнив её до краев живительной влагой начал жадно пить.
Только выпив три кружки сырой воды, он перевел дух и закрутил кран.
Кран был сорван и до конца не закручивался. Капли воды монотонно отбивали ритм и вместе с ходиками, которые весели на стене, они слились в мелодию которую исполняет глухой большой барабан, когда ведут приговоренного на виселицу. ...... Бум, бум, бум... Бум бум, бум...
Мозг отравленный алкоголем, был обострен до придела.Тихие звуки воспринимались нереально громко и отдавались эхом в голове, казалось что прямо внутри черепной коробки громко бьет барабан и приговоренный, которого ведут сегодня на казнь -это ты. Впрочем палач,который накинет веревку на шею и выбьет табуретку из по ног, это тоже как не странно -ты. Хотелось уже поскорее покончить с этом и произвести казнь, выступив в роли жертвы и палача одновременно, да хоть кого угодно , лишь бы наконец прекратился бы этот невыносимый барабанный бой...
Бум, бум, бум... Бум, бум, бум...
Сил терпеть больше не было и небритый человек с волосами каштанового оттенка закричал. Закричал громко и страшно, по звериному изливая из себя внутренний ужас мироощущения, который он создал себе беспутным образом жизни.Крик этот ,был как посыл в мир об отчаянии ,о точке закипания разума
и желания выйти из этого состояния поскорее.Этот крик был двойным, если можно так выразиться, один исходил из горла а второй, более сильный но менее слышимый вырывался из души.
Сознание начало отделяться от тела и вскоре эти две субстанции существовали уже раздельно.Тело с небритой физиономией- отдельно, кричащая маленькая душа размером с копейку отдельно.
Тело ,оставшись без этой маленькой кричащей субстанции, рухнуло как подкошенное со всего маха ,да так и осталось лежать посреди кухоньки на грязном липком полу в нелепой позе.
Кричащая душа, наблюдая процесс раздвоения и свое безжизненное тело попыталась закричать еще громче , но мочи на это уже не было.
Поднявшись к блеклому потолку, душа с испугом глядела вниз и обессиленная тоненько плакала.