Встала Катя абсолютно разбитая. Во рту чудился привкус крови, который не исчез даже после того, как Волкова два раза почистила зубы. Из-за него поесть нормально не получилось. Она кое-как засунула в себя один бутерброд и полкружки чая, понимая, что голодать не дело.
Заторможенность, слабость и апатия. Даже омега скулила тихо где-то далеко, давая насладиться безразличием.
Идти в Академию не хотелось. Хотелось остаться в доме, закрыться в нем и никогда не выходить. Дом казался крепостью, за стенами которой можно спрятаться ото всех. Ошибочное ощущение.
Катя была почти готова забить на учебу, просчитывая минусы и плюсы, когда омега внутри заворочалась, явно против того, чтобы оставаться дома. Волкова сразу поняла, что та хочет увидеть Бакуго.
Сжав зубы от накатывающего раздражения Катерина поняла, что не готова сегодня терпеть стенания омеги и лучше пойти в академию. Может сегодня пройдет все спокойно?
Хотя учитывая, что она творила там надежды было мало. Сначала улыбчивый, добродушный Мидория, потом бешенная Катя и как финальная сцена депрессивно-мрачная уже и Катя, и омега. Наконец сошлись.
Класс вряд ли это забудет или не заметит.
На отражение в зеркале смотреть не хотелось, но выходить из дома Катя привыкла в приличном виде.
Форма выглядела сносно. Вот только Катю знобило с того момента, как она вылезла из-под одеяла. Поэтому поверх белой рубашки Катя надела легкую серую кофту с капюшонам, а сверху пиджак формы. Красный галстук Волкова забросила подальше, слишком часто возникала мысль повеситься на нем.
Бледный словно поганка, с темными кругами под глазами и неуправляемой шевелюрой Мидория выглядел жалко. И Кате это не нравилось. Вызывало отвращением. Слабак. Но она не слабая. Нет.
Поэтому поджав губы и отвернувшись от зеркала, Катя заставила себя нацепить на лицо маску спокойствия и отправиться в академию.
Закрывая дверь на замок Катя заметила Бакуго, который стоял подпирая забор, по всей видимости поджидая Мидорию.
Омега внутри радостно закопошилась, а Волкова досадливо фыркнула. Она не готова выяснять с ним отношения, точнее нет сил и желания, вчера она все ему высказала. Так что может катиться. У Катерины и без него проблем хватает. Поэтому раздраженно цыкнув на воодушевленную омегу, Катя молча прошла мимо Кач-чан, который смотрел на нее.
На это демонстративное поведение он ничего не сказал, а молча пошел следом, даже не рыкнул. Катя отметила это краем сознания, неосознанно напрягаясь, все-таки Бакуго не тот, кому она готова доверить свою спину.
До остановки дошли молча. Так как Катя вышла поздно из-за кошмарной ночи, придется ехать в час пик на автобусе, но это лучше, чем опоздать. Тогда она вовсе вернеться домой.
Автобус вскоре приехал, забитый людьми. Мысленно пожелав себе удачи, Катя вошла и на секунду затормозив, чтобы найти место в этой толчее. Но Кач-чан за рукав потянул в сторону и Волкова подчинилась. В итоге они оказались у окна лицом друг к другу.
Катя подняла голову, взглянуть на Бакуго и замерла. Лицо Кацуки выражало спокойствие. Ни оскала, ни нахмуренных бровей, даже глаза были безмятежными, и оттого цвет стал словно насыщенней. Это делало Кач-чана красивым. И Катя рассматривало его, пока альфа смотрел в ответ.
«Теперь становиться понятней чем понравился. Сильный, умный, а еще оказывается все-таки красивый»
Светлые волосы топорщились в разные стороны, делая из парня подобие ежика. Ворот рубашки расстегнут и открывает вид на сильную шею. В одном ухе черный наушник, второй свисает с шеи.
Все также ни сказав не слова Катя поворачивает голову к окну, держась за поручни и стараясь твердо стоять на ногах. Волкова ненавидела общественные транспорты в час пик, это смахивало на натуральный ад, поэтому отчетливо позавидовала Бакуго, к нему не прижимались, не напирали, не толкали, вообще старались не прикасаться, чего нельзя сказать о самой Катерине. Подобное заставляло хмуриться от неудобства, но молча терпеть.
На очередной остановке автобус резко остановился и Катя не удержавшись на ногах, полетела назад, но Кач-чан сделав рывок, за талию притянул Мидорию обратно, на несколько секунд прижав к себе.
Небольшой выброс адреналина разбудил, заставляя сердце биться чаще. Изуку поднял голову, посмотрев на блондина, который больше не прижимал омегу к себе, но руку с талии не убрал, а Мидория не отстранился, смотря на альфу.
Людей в автобусе стало больше, а Бакуго все также придерживая талию Деку, развернул его вместе собой и спиной прислонил к окну, закрывая собой от остальных людей в автобусе, не убирая руку от тела омеги, аккуратно придерживая его, на случай, если снова улетит.