День наконец закончился.
Глава 2
Катя в теле Мидории бежала по полупустым коридорам школы, мысленно проклиная Бакуго. Блондина на утро в доме не оказалась, а Волкова проспала из-за чего собиралась она в спешке, не поела, да еще и на автобусе пришлось ехать в час пик. Правда, за несколько остановок до конечной терпение закончилось и зеленоволосый пробежал оставшееся расстояние.
«Мог бы хотя бы будильник включить, козел!»
Завернув в нужный коридор Катя увидела в другом конце Айзаву, который направлялся как раз в класс. Брюнет увидев ученика, чуть притормозил и кивнул головой в сторону кабинета. Дважды повторять не пришлось. Мидория прибавил газу и влетел в класс через задние двери, опережая классного руководителя.
В кабинете были уже все ученики, кроме самого Мидории, которые обернулись на него и вернулись к своим делам, некоторые.
Быстрым шагом проходя в класс, Катя заметила самодовольный взгляд Бакуго, который он на нее… точнее на него бросил и продолжил что-то писать в тетради.
«Мудак»
— Изуку! Ты опоздал! — возмущенно воскликнула Урарака.
«Правда что ли?!»
Катерина проигнорировала девушку, чувствуя, что может нагрубить. Очако невиновата, что у нее отвратительно начался день и она уже готова на кого-нибудь сорваться.
— Мидория! Нельзя так безответственно относиться к учебе, — возмутился Иида. Его Волкова тоже проигнорировала, едва не падая на свое место, пытаясь отдышаться и параллельно вытаскивая учебные принадлежности. — Мидория!
— Что? — неожиданно резко рявкнул Деку, поднимая злой взгляд на Тенью, который разом потерял свой воинственный настрой. Кто-то от неожиданности вздрогнул, в кабинете наступила тишина. — Чертов будильник не зазвенел! Мне что теперь повеситься?!
— Оу, я не знал, — уже тише и более неуверенно проговорил Иида, но Волкову по привычке не думала останавливаться, перебивая брюнета, продолжая давить злым взглядом.
— Наверное, стоило спросить прежде чем обвинять в безответственности!
Староста, да и никто в классе не ожидал такого резкого отпора от Мидории Изуку. Иида растерялся, не зная как реагировать на такую открытую агрессию. Бакуго смотрел на злого зеленоволосого парня, который буквально давил на старосту, альфу и испытывал смешанные чувства.
— У Мидории сегодня неудачный день, — разрядил обстановку веселым комментарием Киришима. Катя перевела нечитаемый взгляд на красноволосого, призывая себя успокоиться и выдыхая воздух, который как оказалось задержала. Волкова заставила себя вернуться к учебным принадлежностям. Волосы лезли в глаза и она чуть дыхнула вверх, чтобы их убрать.
«Постричься что ли»
— Изуку? — осторожно позвал Минета, явно опасаясь получить люлей, как и староста.
«Ребенка напугала»
Мидория обернулся к низкому парню, спокойно и вопросительно приподнимая бровь, уголки губ были чуть вздернуты вверх, но это была не та широкая добрая улыбка Изуку. Минору подумал, что это связано с плохим настроением альфы, но приободрился от отсутствия агрессии в его адрес.
— Ты домашку сделал?
Зеленоволосый застыл на несколько секунд, а потом растеряно моргнул, опуская взгляд на тетрадь одноклассника:
— А?
«Домашка! Опять! Да бляя»
— Что этот бесполезный Деку может сделать? — презрительно хмыкнул Бакуго, с явными нотками самодовольства. Катя застыла и повернула голову к блондину. Тот даже не обернулся, а продолжал писать что-то. Глаза Мидории прищурились, он убрал портфель с колен, полностью сел за парту, приподнял правую ногу согнув и несильно, но ощутимо ударил по ножке стула Кач-чана.
Тело блондина дернулось вместе с стулом, как и рука. Наверняка осталась помарка. От этой мысли Катя довольно усмехнулась. Через секунду произошел взрыв и, кажется, Бакуго окончательно испортил тетрадь.
— Убью! — взревел Кач-чан, поднимаясь и явно намереваясь убить Мидорию. Эйджиро начал подниматься следом, надеясь предотвратить убийство, а потенциальный труп остался сидеть на месте, усмехаясь. Волкова знала, что улыбается до ужаса бесячей улыбкой. Смесь самодовольства, превосходства и презрения. Это не может не бесить, но не улыбаться было выше ее сил, она таки подгадила этой белобрысой сволочи.
— Бакуго, — раздался в классе уставший голос Айзавы, заставляя Кач-чана остановиться в повороте.
«Он нас снова спасает»
— Надеюсь, испорченная тетрадь у тебя на столе не по моему предмету, — продолжил классный руководитель и по совместительству учитель математики.