Волкова выдохнула и начала собираться в школу.
«Один день и привет выходные. Надеюсь, сегодня ничего не приключится. Когда там вообще тренировка по Спасению?»
Инко уже дома не было, поэтому Катя как обычно находилась в одиночестве, позволяя себе думать.
«Что теперь делать с Бакуго? Не, круто, что он попросил прощения и всё такое, но мне почему-то не хочется, чтобы кто-то знал о наших изменившихся отношениях. А своей интуиции я привыкла доверять.
Хорошо, что Тоши и Кач-чан не столкнулись ни разу за всё это время, а то вряд ли бы всё было хорошо. Боже, словно два любовника, твою мать.
Вряд ли Бакуго будет в академии открыто демонстрировать свое отношение к Мидории. Хотя, кто его знает. Это же блять Кач-чан. Кстати говоря, надо будет объяснить ему значение слова «шлюха». Я конечно понимаю, ему 16, я сама в 16 была более категорична, но мне уже не 16 и лезть в постель и контролировать кому-либо это не позволю, пусть сразу это усвоит. Не приведи Господь еще подумает, что мы теперь встречаемся. Этого только не хватало»
Омега внутри зароптала и Кате пришлось отвлечься от своих мыслей и уделить время сущности.
«Слушай, давай договоримся? Я тут главная, я решаю что и как будет. Я разгребаю проблемы, которые наворотили ты и твой предыдущий хозяин. И мне не нравится, что иногда ты мешаешься под ногами. Поэтому предлагаю сделку. Ты не мешаешься, не лезешь в мои отношения с Тоши, Тодороки и кто бы там не был, помогаешь, когда это надо, а я предоставляю тебе Бакуго, точнее время проведенное в непосредственной близости с ним. Идет? Только давай без фанатизма, избиения, панических атак и, желательно, кошмаров?
Можно бояться, но не до истерии. Терпеть боль, но не до травм. Быть настороже, но не до паранойи. Если чувствуешь, что-то не так, спокойно сообщай мне. Идет?»
Несколько минут тишины и Катерина чувствует внутри согласие, все еще стараясь не думать, что внутри что-то есть.
«Будем честными, мы сами, точнее я, не против Бакуго рядом. Надо же, засранец, подобрался близко. Как же нас так угораздило привязаться к нему. Может потому что он был первым с кем я так близко контактировала в этом мире? Он заставлял меня действовать, защищаться, провоцировал на эмоции, держал в тонусе. Практически постоянно был рядом. Если он отдалится, кто останется рядом? Тоши? Не то, с ним не расслабишься, наоборот надо доминировать. А с Кач… с Бакуго можно расслабиться, он ведь сильный и не скрывает этого. Без него я останусь одна..?»
За раздумьями Катя успела собраться и выйти из дома. С рукой, которая уже практически зажила это было не трудно. Да и укус на шее исчез, что не могло не радовать.
Волкова совсем не удивилась, увидев блондина, подпирающего забор. Красные глаза напряженно следили за приближающимся Мидорией. Нахмуренные брови, поджатые губы, весь вид Бакуго источал напряжение и мрачность.
Мидория чуть нахмурился, рассматривая альфу, проходя мимо, приветственно кивнул. Бакуго шел за зеленоволосым отставая на несколько шагов, прожигая взглядом его спину.
«Господи, какой тяжелый взгляд, это пиздец. Мы вчера нормально не поговорили, а надо бы, но где и когда? Желательно до школы, чтобы ничего не дай Бог не случилось. А где? Где-нибудь где никого нет, это не для свидетелей»
Волкова шла и потихоньку заводилась, она не любила все эти мелодрамы и объяснять свое поведение, но расставить все точки надо.
Недалеко от дома попался пустой переулок и вокруг никого не было. Катя остановилась, резко развернулась, схватила блондина за руку и затащила в переулок, практически прижимая того к стенке.
Бакуго не сопротивлялся, позволяя передвигать его. В нос сразу же ударил сладковатый аромат с нотками одеколона. Мидория поднял голову, чтобы посмотреть в лицо блондина, тот спокойно и с интересом за ним наблюдал.
— Наверное, стоит кое-что объяснить, ведь ты уже два раза назвал меня шлюхой, — спокойно, но несколько недовольно начал Деку, правой рукой опираясь на стену рядом с плечом альфы. Бакуго открыл рот, чтобы что-то сказать, но Катя, которая ненавидела, когда ей не дают договорить, перебила его, добавляя в голос стали.
— Завались. Просто слушай, а потом уже возмущайся, — Бакуго на это ехидно приподнял бровь, словно спрашивая «Серьезно, Деку?», но смолчал.
— Определимся сразу. Шлюха — это о контроле за чужой сексуальностью, про унижение и про ущербность тех, кого не хотят. Каждый сам решает с кем, как, когда и сколько раз трахаться. Кто находится в моей постели никого не касается. Это мое тело и только я решаю, кому его отдавать. Мне плевать, что и кто об этом думает, их это не касается. Это моя личная жизнь. Это понятно? Не смей меня оскорблять, тебя не должно трогать с кем я сплю. Тебе касается только то, что касается тебя и меня. Что-то не нравится? Насильно держать не буду.