По пути к колодцу я заметил светловолосого острослова, который сомневался в моих навыках. Но он быстро отвел взгляд и зашел в один из домов, прямо за которым возвышалась старая часовенка с дырявой крышей. Она тоже была приземистой и возвышалась только из-за треугольной крыши.
Людей вокруг было немного. У колодца возилась женщина в платке, у крайнего дома старик чинил сеть. Несколько мужиков с топорами шли в сторону леса. Из-за угла дома на несколько секунд показалась чья-то рыжая макушка, а изумрудные глаза сверкнули в лучах редкого солнца. Но стоило мне повернуть голову, как их владелица тут же спряталась.
— Чай ведро осилишь? — спросил Фрол.
— Осилю — кивнул я.
Для начала я припал к краю ведра и долго пил ледяную воду. И только потом занялся помывкой. На то, чтобы смыть с себя кровь и грязь, ушло пять ведер с водой. Я стиснул зубы и раз за разом обливался ледяной водой, пока не посчитал результат удовлетворительным. А затем особенно тщательно оттер пальцы, лицо и волосы. Без засохшей грязи к волосам должен был вновь вернуться их соломенный цвет.
— Ну ты и мастак купаться, — фыркнул Фрол. — Пошли. Хижина знахарки тут рядом.
Хижиной знахарки оказалась маленькая изба, по виду такая же как и прочие, разве что именно за ней пряталась рыжеволосая девушка.
Внутри пахло травами и сушеными грибами. У стены стоял стол, заваленный пучками растений, на полках громоздились глиняные горшочки. В углу была лежанка, застеленная старой дерюгой.
И над всем этим хозяйством суетилась девушка. Рыжая. С яркими, как осенние листья, волосами, собранными в небрежный пучок, и россыпью веснушек на бледном лице. Она была худая, даже слишком, но ее тонкие руки деловито разбирали пучки трав на столе.
— Принимай памциента — позвал девушку Фрол.
Она подскочила на месте от неожиданности и резко обернулась.
— Ой, Фрол, напугал… — смущенно сказала она и тут же поправила Фрола, — Только не «памциента», а пациента.
Теперь понятно, от кого седой Фрол набирался новых слов. Дана встала с места и пробежалась по мне взглядом глубоких зеленых глаз, ненадолго задержавшись на лице, плече и ключице. Но когда она заметила, что я смотрю на нее, тут же робко отвела глаза в сторону.
— Подлатай его, а? — от неожиданной вежливости Фрола я даже немного опешил.
— Я же говорила, что не знахарь, — с укором ответила Дана, — Матушка почти ничему не успела меня обучить, кроме травничества. Да еще и чуж… гостя лечить.
— Ну так и делов-то, если чужак окочурится. — бесхитростно подметил Фрол.
Дана насупилась и по-деловому уперла руки в бока своего зеленого платья.
— А если он до Морвена или Бракмура дойдет и там расскажет, что его здесь знахарка чуть не убила? — Дана начала стыдить Фрола, — Или, упаси Верея, окажется у барона в Шторрен-форте? Кто потом к такой знахарке за травами пойдет?
Фрол виновато опустил голову и как будто немного сжался в размере, словно перед ним сейчас была не рыжая девушка, а сама богиня жизни Верея.
— Но ты ведь говорила, что не знахарь? — решил немного подразнить распалившуюся девушку я.
— Я… ой… — она не нашлась, что ответить, и ее щеки слегка порозовели. — Тебе вообще пора, Фрол. У меня пациент.
Похоже, девушка решила, что легче согласиться с просьбой Фрола. Тот слегка поклонился и вышел на улицу. Но оставил дверь открытой и, судя по шагам, не ушел далеко. Дана подошла к деревянному ведру в углу и вымыла руки куском мыла со стойким запахом хвои. Говорить она не решалась. Я же стоял и ждал указаний, как часто бывало в те редкие дни походов, когда я израненный все же добирался до целительных рук Мел.
— Садись, — Дана указала мне на лежанку.
Я послушно сел и вытянул ноги. Дана подошла ближе и опустилась передо мной на колени. Ее щеки стали совсем пунцовыми. Но едва она взялась за работу, как робость ушла: она ловко размотала мои импровизированные бинты, придирчиво осмотрела раны и даже пару раз недовольно цокнула языком.
— Глубоко, — сказала она. — В ранах осталась грязь, надо чистить. И в плече еще осталось что-то… никак не могу понять…
— Это кусок дерева, — подсказал Дане я, — Я напоролся на ветку, пока бежал в сумерках по лесу.
— Бежал по Серому лесу? Ночью? — с заметным удивлением произнесла она.
Девушка не дождалась ответа и резво подскочила на ноги. Она вмиг оказалась у стола и открыла один из горшков. По комнате поплыл резкий, травяной запах. Дана вернулась ко мне и зачерпнула двумя пальцами густую зеленоватую мазь.
— Будет щипать, — предупредила она.
— Мне не впервой, — усмехнулся я.
Дана принялась втирать мазь в раны, и кожу тут же защипало. Я покрепче стиснул зубы, пока девушка уверенными движениями оказывала мне помощь. Пару раз у входа скрипели половицы, сигнализируя, что в прихожую заглядывал Фрол. Но отрывать Дану от работы он не решился.