— Ой! — буквально подпрыгнула на стуле Дана. — Кир, я тебя не заметила.
Она повернулась ко мне и сдержанно улыбнулась, поправляя волосы.
— Тебе не стоит сидеть спиной к двери, — мягко произнёс я. — Или тогда хотя бы запирай дверь.
На лице Даны были следы бессонницы: тени под глазами, бледность, но её взгляд был твёрдым.
— Очередная мудрость наёмника? — устало фыркнула она.
— Что-то вроде того, — пожал плечами я.
Дана пошла мыть руки.
— Садись, — произнесла она. — Посмотрим на твои ладони.
Я сел на привычное место на лежанке и дождался, пока она закончит с подготовкой и опустится передо мной. Уверенные руки Даны перехватили мои, и она умело размотала повязки на моих ладонях.
— Ц-ц-ц, — поцокала она языком. — Как же они заживут, если ты их каждый день сбиваешь в кровь?
— Как-нибудь заживут, — ответил я.
По ощущениям, раны действительно начинали понемногу затягиваться. То ли дело было в той самой безопасной зоне, о которой меня оповестила система, то ли в лекарской помощи Даны.
Дана нахмурилась и дальше работала в тишине. Она быстро промыла раны, нанесла мазь и закончила с перевязкой. Но не спешила отпускать мои руки и не поднимала голову.
— Я знаю, — тихо произнесла она.
— О чём?
— Не прикидывайся дураком, Кир, — Дана подняла на меня свои блестящие изумрудные глаза и немного надула щёки. — Вы с Бертом собираетесь идти в чащу, искать Михея.
— Ну, еще неясно, придется ли нам идти в чащу, — сказал я. — Может, лесорубы пропустили его где-то у делянки.
— Неправда! — чуть громче выпалила она и крепче сжала мои руки. — И у ближней, и у дальней делянки уже каждую травинку обыскали. А вам теперь идти дальше в лес.
— Дана, — мягко произнёс я и перехватил ее ладони. — Я этим на жизнь зарабатываю. И неплохо, кстати, справлялся. Тут всего-то нужно пройтись и пошариться чуть-чуть по лесу…
— В том-то и дело! — щёки Даны немного покраснели, и она опустила глаза. — В том-то и дело, что справлялся. Раньше справлялся.
Я не смог сдержать улыбку. Деревенская девчонка заметила, что я слабоват для наёмника. Каких чудес только на свете не бывает.
— Во-первых, — начал я и двумя пальцами поднял ей подбородок. — Если собираешься сказать человеку гадость, то имей смелость смотреть ему прямо в глаза.
Если до этого Дана смотрела куда-то в пол, то сейчас тут же поймала мой взгляд, и я на секунду сбился из-за её неожиданной открытости.
— А во-вторых — я и вправду потерял почти всю свою силу.
— И тебя это совсем-совсем не волнует? — тихо спросила Дана, глядя мне в глаза.
— Волнует, конечно, — усмехнулся я. — Но что ж мне теперь, за других прятаться?
— Ты ещё и смеёшься… — обиженно произнесла Дана, и её щёки раскраснелись ярче янтарных волос.
Это было настолько умилительно, что я в голос рассмеялся. Мой смех, наверное, разбудил раньше срока не одного лесоруба в деревне. Дана улыбнулась и покачала головой. Когда я наконец отсмеялся, она спросила:
— Зачем тебе это? В лес идти, Михея искать… Ты же чужой здесь, никому ничего не должен.
— Может, и так, — пожал плечами я. — Но всё равно возьму и сделаю. Не потому что должен, а потому что хочу.
В этот момент дыхание Даны сбилось, и она замерла, не решаясь поднять глаза.
— Обещай, что вернёшься, — промолвила она.
— Обещаю.
Дана крепче сжала мои руки и поднялась на ноги.
— Тебе пора, — тихо произнесла она. — Дядя Бертран говорил, что вы пойдёте с рассветом…
— Ага, — прищурился я. — Это Бертран тебе сам рассказал или опять из-за избы подглядывала?
Дана упёрла руки в бока и начала возмущаться:
— А когда это я… — она тут же осеклась, вспомнив, как смотрела за мной у колодца вчера.
— Всё-всё-всё, тебе пора! — смутилась она и суетливо вернулась к травам на столе. — Точно пора!
— Пора, так пора, — легко согласился я, пряча улыбку. — До вечера.
— До вечера, — едва слышно попрощалась со мной Дана.
Я вышел на улицу и прикрыл за собой дверь. Снаружи небо начинало потихоньку сереть.
Бертран ждал у колодца. На нём была потертая стёганая куртка, из-под которой виднелись звенья кольчуги, а на поясе висел меч в простых кожаных ножнах.
— Готов? — спросил я.
— Готов, — ответил он. — Только зайдём к Фролу, он обещал собрать припасов в дорогу.
Мы пошли к дому Фрола, но не успели сделать и десятка шагов, как из-за угла показался он сам. Фрол нёс в руке маленькую котомку.
— Держите, — буркнул он и протянул котомку Бертрану. — Я там собрал сухарей, грибов сушёных, да ягод. Всего понемногу. Воды во фляге на двоих хватит, если не лить почём зря.
— Спасибо, — сказал Бертран.
— Угу, — хмыкнул Фрол и покосился на мои свежие повязки на руках. — Живыми только воротитесь, чтоб мне расхлёбывать не пришлось.