Я подошёл ближе. Она оглядела меня с ног до головы, будто проверяла, все ли части тела на месте. Ее руки крепко сжимали край фартука, надетый поверх зеленого платья, и пальцы побледнели от напряжения.
— Ну и чего ты так переживаешь? — сказал я. — Я же обещал, что вернусь. И ничего страшного в лесу не случилось.
— Обещал, — эхом отозвалась она и вдруг шагнула вперёд и прижалась лбом к моему плечу.
Дана тяжело дышала, её пальцы вцепились в рукав моей туники. Я приобнял девушку за талию и позволил ей немного успокоиться.
— Михей уже не вернется? — спросила она тихим голосом.
— Не вернется, — не стал врать я.
— А ты говоришь, что в лесу ничего страшного не было… — протянула она.
— Ну, это для меня — добавил я и погладил Дану по голове. — Михей ведь не воин был.
— Не воин, — прошептала Дана, мою руку она убирать не стала. — Но он был в деревне самый сильный, бревна таскал прям от делянки и до ворот.
Она подняла голову. Глаза у неё были немного красные, то ли от переживаний, то ли от трав, с которыми она работала с самого утра.
— И еще я видела, как Кнуд побежал Свена кликать, когда вас за воротами заприметил, — прошептала она. — Он ведь не просто так побежал за ним? О чем вы с ним так долго говорили?
— Опять подглядывала? — улыбнулся я.
— Не увиливай! — Дана немного надулась и убрала мою руку со своей головы. — Ты что-то от меня прячешь. А если не скажешь, я к дяде Бертрану пойду.
— Да, Бертран с тобой уж слишком откровенничает. — выдохнул я и решил, что рано или поздно Дана все равно узнает, что случилось. — Мы видели зверя в лесной чаще. Бертран сказал, что зверей таких размеров в лесу раньше не встречал.
— А ты встречал? — спросила Дана.
— Я толком не смог его разглядеть. — пожал плечами я. — Но похож на большого медведя. Только уж больно шустрый. Так от нас с Бертраном деру дал, что пятки сверкали.
Дана чуть крепче сжала мою тунику.
— Ты сейчас прямо как Бон говоришь. — протянула она. — Одна охота на уме.
— Это охотник, что в Морвен уехал? — предположил я.
— Сын его. — поправила Дана. — Он с детства все про чудищ болтал, да такой задор в глазах был… прямо как сейчас у тебя.
Она хотела сказать что-то ещё, но только снова уткнулась в моё плечо. Я погладил ее по плечу и дал ей еще немного времени.
— Ты ранен? — спросила она и отступила на шаг.
— Нет, — ответил я. — Мы и не сражались ни с кем. Ну, не считая смелой белки.
— Белки? — недоуменно спросила Дана, — Они же безобидные.
— Обычно — да. Но эта нас с Бертраном чуть не съела. — усмехнулся я.
— Опять ты шутишь! — надулась Дана. — А ведь если и вправду медведь завелся, то он перед зимовкой отъедаться будет. Это же…
Глаза Даны на секунду расширились, словно она прогнала в голове все сценарии того, что именно сделал медведь с Михеем.
— Я ведь и правда немного поранился. — произнес я и вытянул ладони вперед. — Когда через чащу шли, ветки успели ладонь поцарапать. Посмотришь?
Дана на миг зависла, а затем нахмурила брови и уперла руки в бока.
— А говорил, не ранен! — грозно сказала она, — Пойдем, поменяю повязки.
— А пока ты их меняешь, я тебе расскажу про белку. Шли мы, значит, по тропе, как вдруг хрустнула ветка…
Следующий день прошел в тяжёлой, однообразной работе. Я встал затемно, пошёл на делянку и работал топором до седьмого пота. Свен наказал увеличить число дозорных до четырех, поэтому людей на делянке прибавилось. О звере староста объявил тем же вечером. Он обозвал его «медведем», как и я для Даны. В этот раз я не мог винить Свена в том, что он не хотел загонять людей в панику. Оставалось надеяться, что охотники прибудут поскорее.
Хотя Свен не стал говорить о смерти Михея, но все прекрасно понимали, что с ним случилось. Марфа заперлась у себя в избе и кто-то из женщин постоянно за ней присматривал. Во время работы в лесу казалось, что лесорубы и не думали о лесном звере. Они все так же перешучивались между собой и ловко орудовали топорами. Возможно, жизнь в глубине Серого леса оставила на этих людях гораздо больший след, чем я думал раньше.
На обратном пути с делянки меня перехватил Бертран.
— Неподалеку отсюда, где ты в первую ночь появился, есть неприметная поляна, — негромко проговорил он, — Если ты еще не передумал насчет тренировки, конечно…
— Обижаешь, Бертран. — хищно оскалился я, — Только и ждал твоего приглашения.
Бертран кивнул, быстрым шагом нагнал старшего лесоруба и перебросился с ним парой фраз. Через пару мгновений он жестом показал мне в сторону леса и мы отделились от основной группы. Пока мы шли, я узнал несколько ориентиров, по которым бежал от Стены.