Тут от ворот отделилась одинокая тень, и послышался постепенно приближающийся стук копыт. Мы отошли к краю широкой тропы, и вскоре перед нами показался всадник на гнедой коренастой лошадёнке с длинной гривой.
— Чьи будете? — окликнул он нас и остановил лошадь.
— Мы из Хольца, — представился я. — Идём в Бракмур.
— Лесорубы, значит… — протянул всадник. — В лесу охотников не видали?
Он был одет в плотный бордовый гамбезон, на поясе висел меч. А в левой руке наперевес он держал легкий самострел.
— Видели, — ответил я спокойным ровным голосом. — Мы даже успели им помочь.
— Помочь людям Германа? Вы? — всадник окинул меня недоверчивым взглядом.
Он задержал его на мгновение дольше, чем нужно, и прищурился, будто силясь вспомнить, где меня видел.
— Они что, — произнес он, — все-таки нашли ведьму?
Самострел в руке всадника качнулся в нашу сторону.
— Нашли, — сказал я. — Ведьма превратилась в зверя и прикончила одного из людей барона. Но мы вместе с охотниками её одолели.
— Прикончила? — переспросил он. — Кого?
— Юрия, — ответил Бертран.
Всадник нахмурился и шумно выдохнул.
— Если вы солгали про ведьму, — сказал он, и его голос прозвучал глухо, — вас вздёрнут. Барон не любит, когда его водят за нос.
— Мне незачем врать людям барона, — ответил я. — Спросите у Германа. Мы совсем недавно расстались, и он вместе с оставшимися солдатами барона идет в Морвен.
— Я спрошу, — кивнул всадник. — Обязательно спрошу.
Всадник медлил и смотрел на нас исподлобья. Его пальцы крепче сомкнулись на самостреле.
— Пойдёте со мной, — решил всадник. — В Бракмуре разберёмся, кто вы такие.
Он тут же добавил с вызовом в голосе:
— А если нет…
Самострел в его руке плавно пошёл вниз. Наконечник тускло блеснул и направился мне точно в грудь.
— … у барона найдутся методы, чтобы вас разговорить.
Глава 13
Я не шелохнулся. И спокойно смотрел всаднику в глаза. Он хотел показать власть? Что ж, пусть показывает. Мы оба знали, что он всё равно поведёт нас в Бракмур.
Всадник выдержал мой взгляд ещё мгновение и отвел самострел. Он развернул лошадь, цокнул языком и тронулся к воротам, не оборачиваясь.
Я пошёл вслед за всадником и жестом показал отряду следовать за ним. Не хватало ещё, чтобы Айрис как-нибудь не так восприняла его грубые слова и устроила тут погром. Но, несмотря на мои опасения, и Бертран, и Айрис зашагали по широкой вытоптанной тропе в сторону частокола.
Когда мы подошли ближе, стало понятно, что брёвна здешнего палисада были крепче и выше, чем в Хольце.
— Воротился уже? — выкрикнул стражник с приземистой деревянной башенки. — Недалеко ж ты уехал, Райнер.
— Гостей встретил, — ответил ему Райнер и остановил лошадь перед створками крепких толстых ворот. — Открывай давай.
Послышался лязг засова, и одна из створок приоткрылась ровно настолько, чтобы пропустить человека на лошади или пешком. Райнер въехал внутрь, и мы по одному протиснулись вслед за ним.
По ту сторону частокола нас встретили двое стражников. Оба в поношенных, крепких кожаных дублетах и с копьями наперевес.
— Кого ты нам посреди ночи приволок? — недовольно пробурчал старший стражник с заметными залысинами.
— Пришлые из Хольца, — сказал Райнер и спешился, взяв лошадь за поводья. — Говорят, помогли охотникам убить ведьму.
Райнер передал поводья второму стражнику, молодому пареньку зим двадцати на вид, с взъерошенными волосами.
— Отведи его в конюшню, — приказал Райнер молодому стражу. — А пришлых надо показать Остапу, прежде чем в Бракмуре волю давать.
— Это ты дело говоришь… — протянул старый стражник.
Он без стеснения разглядывал фиолетовые волосы Айрис, которые в темноте по цвету были ближе к чёрным. Молодой страж тоже не спешил уходить, разинул рот и не спускал взгляда с Айрис.
— Че ты замер, малой? Особое приглашение нужно? — строго спросил Райнер.
Молодой стражник тут же спохватился и быстрым шагом повёл коня в сторону от ворот. Райнер же махнул нам рукой и уверенно двинулся вглубь деревни.
Бракмур уже не был деревней в стандартном понимании этого слова. Хотя дома у частокола всё ещё стояли плотно друг к другу, ближе к центру начали появляться и двухэтажные аккуратные домики, некоторые из них с вывесками. Мы прошли мимо кузни, во внутреннем дворике которой стоял точильный камень. Постепенно улицы становились шире, и мы вышли на небольшую площадь, заставленную прилавками и палатками. Все они сейчас пустовали, но было несложно представить, как днём здесь бурлила жизнь.