— Долго же пришлось тебя ждать, низший, — прозвучал в голове его голос.
Это был один из немного устаревших диалектов демонического языка. Казалось, что голос заполнил всё пространство вокруг. А тяжесть его тяжесть заставила меня опуститься на колено. Мне захотелось зарыться в землю, лишь бы не встречаться взглядом с единственным здоровым глазом центуриона. Но под ногами был крепкий камень.
Я что-то сдавленно рыкнул в ответ. Он расхохотался, поднялся на ноги и подошёл ближе.
— Тебе нечего бояться здесь, низший, — произнёс центурион и похлопал меня по голове.
От его хлопков меня с силой бросило на землю, и я чуть не впечатался лицом в камень.
— Если ты выполнишь свою задачу, конечно, — с явным удовольствием в голосе продолжил он. — Трибун желает найти источник скрытой силы. И ты отправишься на восток и исполнишь желание трибуна до того, как луна на небе успеет перемениться. Верно?
Его вопрос не оставлял мне никакого выбора. Всё моё естество сжалось, и я только и смог прохрипеть:
— Да, центурион.
А затем мир вокруг меня посветлел. И я вынырнул из душной каменной темницы. В лицо ударил прохладный воздух, а где-то совсем рядом что-то бормотал голос Лазаря.
Я открыл глаза и встретился взглядом с Векс. Она сидела на корточках в шагах трёх от меня и разглядывала моё лицо с выражением сосредоточенного интереса. Я впервые видел такое выражение на её лице с тех пор, как она вылезла из погреба на хуторе.
— Ваш командир вернулся, — произнесла Векс и резко поднялась на ноги.
Я посмотрел в сторону и увидел, как Лазарь шаманит над ранами Альви: он перевязывал ему плечо, а Альви молча смотрел наверх, в ночное небо, с полной безысходностью.
Бертран стоял на страже у края дороги. Он нашёл место, откуда мог хорошо просматривать местность во всех направлениях, и слегка поворачивался из стороны в сторону, чтобы в его угле обзора не оставалось мёртвых зон.
Векс подошла к Айрис и остановилась рядом с ней. Огня в глазах Айрис поумерилось, но я чувствовал, что мне ещё достанется от неё пара ласковых слов. Впрочем, это проблема завтрашнего Кассиана, которая к сегодняшнему мне не имеет ровным счётом никакого отношения.
— Как он? — спросил я у Лазаря.
Бывший клирик повернул голову.
— Жить будет, если ты про Альви, — удивительно бодро для уставшего человека ответил он. — А вот что касается второго…
Заканчивать фразу Лазарь не стал. Он слегка поморщился и покачал головой, явно давая мне знак о том, что второй дозорный уже не жилец.
— Его зовут Торви, — раздался глухой голос Альви. — Мой младший брат.
Он произнёс имя своего брата, оторвал глаза от ночного неба и посмотрел прямо на меня.
— Я не могу, — произнёс он шёпотом. — Думал, что смогу. Но нет. Я видел, как ты бьешься с демонами. Может ты сможешь…
Голос Альви дрогнул и оборвался. Я понял просьбу без лишних слов, ещё до того, как он закончил предложение.
Я встал, оперевшись рукой на камень, чтобы не перегрузить раненое колено слишком резко. Оно всё равно слегка подогнулось под моим весом, но на ногах я устоял. И подошёл к Торви.
Дозорный лежал на спине, и его невидящие заплывшие глаза смотрели на звёзды. Он всё ещё едва слышно хрипел, но осталось ему недолго.
Альви отвернулся. Я без слов обнажил меч и рывком вогнал клинок в самое сердце его брата. Тот издал последний облегчённый выдох и затих.
— Да примет тебя тишина, — сказал я, проигнорировав тут же выскочившее уведомление о «Коллекционере», чтобы не лезть в голову усопшему.
Я опустился на левое колено перед погибшим солдатом, слегка подогнув раненую ногу, и закрыл ему глаза. Затем я поднялся на ноги и громко скомандовал, как делал всегда после тяжёлых сражений:
— Мы собираем вещи и выдвигаемся! Если разведчики добрались до перекрёстка, то могли напасть и на отряд Сидора у Красного Ручья. Нам нужно срочно доставить донесение барону.
Я убрал клинок в ножны. Лазарь закончил перевязывать Альви и поднялся на ноги, оперевшись на копьё.
— Я бы хотел заняться твоими ранами, командир, — предложил он. — Иначе до форта ты не дойдёшь.
— Даю вам десять минут на сборы, — я хлопнул в ладоши, не столько в попытке привлечь внимание отряда, сколько для того, чтобы вырвать Альви из тяжелых мыслей хотя бы на пару мгновений. — Бертран, снимайся с дозора!
Альви дёрнулся, но всё же медленно повернулся и поднялся на ноги. После чего снял плащ и, пошатываясь, начал перекладывать на него тело брата.