Использован навык: Звериное чутьё.
Есть. Шагах в пятидесяти, за холмом справа. Три человека. Движутся по тропе параллельно нашему маршруту, но чуть впереди. Судя по бренчанию стали, это был патруль Красса.
Я поднял кулак. Отряд замер. Я опустился вниз, за груду валунов, и отряд упал на землю вслед за мной. Вокруг нас, на склоне холма, росли заросли кустарника.
Внизу, на тропе, показались трое солдат в тёмно-красных плащах поверх кольчуг. Они шли не торопясь, но разговоров не вели. Только один из них, что шел в центре, постоянно лазил в карман и чем-то хрустел. Мой собственный живот издал протяжный звук. Благо, слышал его я только за счет «Звериного чутья».
Они прошли мимо. Мы лежали среди камней и не шевелились. Когда голоса стихли и звуки шагов пропали за гребнем холма, я выждал ещё минуту и только потом поднялся.
— Чисто, — произнёс я. — Двигаемся.
Через два часа, когда мы углубились в лес и шли вдоль ручья, я уже потратил навык и полагался на обычный слух. А слух подвёл — мы вышли из-за деревьев и почти нос к носу столкнулись с четвёркой всадников, которые спешились у ручья и поили лошадей.
Нас разделяло метров двадцать. Мы были за деревьями, у кромки леса. Они — на открытом берегу ручья, лошади по колено в воде. Один из всадников повернул голову в нашу сторону.
Шу рядом со мной шустро сунула руку в карман. Сжала что-то в кулаке. И из леса, метрах в тридцати правее, раздался треск. Громкий и отчётливый, будто крупное животное ломанулось наутек от ручья.
Все четверо всадников повернулись на звук. Двое выхватили клинки. Другие уже натягивали поводья и разворачивали лошадей.
Мы бесшумно отступили за деревья и двинулись в противоположную сторону. Через несколько минут голоса всадников остались далеко позади.
Я покосился на Шу. Она убрала руку из кармана и поймала мой взгляд.
— Что? — спросила она с преувеличенной невинностью.
— Ничего, — покачал головой я.
Айрис шла за мной и тоже видела, как Шу сжимала что-то в кулаке, и как звук появился ровно оттуда, куда она смотрела.
К полудню мы дошли до ручья пошире, где вода была чистой и холодной. Я объявил привал и выделил на отдых полчаса. Судя по моей памяти, мы ушли с линии основных патрулей у границы, так что теперь могли наткнуться только на основные дозорвы у дороги у лесных троп.
Отряд расположился вокруг меня. Берт первым делом снял сапоги и вылил из них воду, скопившуюся ещё в туннеле. Лазарь полез проверять ларец и с тревогой ощупывал свитки — на удивление, они пережили подземелье лучше, чем карта Ульма.
Векс подошла ко мне.
— Нам бы… ну… — чуть замялась она.
Я покосился на Шу и махнул рукой на участок леса рядомю Мы отошли за деревья, подальше от остальных.
— Я обращаюсь к покровителю, — произнесла Векс привычным тоном. — Прошу о скорости для тех, кто рядом, и для себя.
Ежедневная молитва завершена. Божественность: 10.0 → 10.1.
В груди на мгновение вспыхнуло тепло. А затем рядом раздался голос нашего следопыта:
— Что это за ритуал?
Мы с Векс одновременно обернулись. Шу стояла в трёх шагах, подперев бок рукой, и смотрела на нас с любопытством, которое перевешивало чувство приличия.
— Молитва покровителю, — ответила Векс сдержанно.
— Покровителю? — Шу перевела взгляд с Векс на меня. — Хочешь сказать, ты молишься ему?
— Да, — кивнула Векс. — Но это долгая история.
— Это часть нашего с ней договора, о котором тебе знать необязательно, — добавил я.
— Не обязательно, но жутко интересно, — Шу наклонила голову набок. — А ты молишься кому-нибудь еще? Ну, чтобы у покровителя был свой покровитель?
— Я молюсь здравому смыслу. — усмехнулся я и поднялся на ноги. — Но он в последнее время отвечает он крайне редко.
Шу фыркнула. Векс посмотрела на неё строгим взглядом, показав клыки
— Ладно, ладно, — подняла руки Шу. — Не лезу я в ваши дела. У каждого свои странности.
Она развернулась и ушла обратно к ручью. Векс проводила её взглядом.
— Она мне нравится, — произнесла Векс.
Я не стал никак комментировать ее слова.
Привал закончился. Мы двинулись дальше на север, держась леса. Вокруг нас постепенно стало больше жизни: птицы, белки, один раз я заметил оленя, который появился на поляне и какое-то время провожал нас.
К середине дня мы обогнули дорогу и вышли на восточный склон холмов. Отсюда карта Ульма вновь начала читаться: северная часть в районе Гримстоуна была относительно сухой, хотя часть пометок и смазалась. Одна дорога от Гримстоуна, параллельно которой мы шли, вела на юг к Башне-над-Бродом. Другая на северо-запад, но небольшая зарисовка не показывала, куда она вела. А третья отклонялась на восток, и хотя не была прорисована до конца, но сбоку значилась приписка: «Талвег». Выходит, Гримстоун стоял на перекрёстке, и это объясняло, почему его укрепили серьёзнее, чем южный пост.