— А, вы сталбыть наемники, про которых доложил Барт? — караульный покосился на меня. — Руперт у себя. На второй этаж, дверь справа. Только он сейчас, сталбыть, в настроении таком… ну, сам понимаешь.
Я поднялся по каменной лестнице и нашёл нужную дверь. Постучал. Из-за двери донеслось невнятное бурчание, которое я интерпретировал как приглашение войти.
Капитан Руперт сидел за столом, заваленным бумагами, пустыми кружками, а прямо на краю лежала трубка и кучка высушенного трутовика, от которого по комнате расходился едкий запах. Сам Руперт имел красный нос, мешки под глазами и мятый мундир с пятнами пива на воротнике. На столе перед ним стоял кувшин, содержимое которого я учуял ещё от двери. В руке он держал лист пергамента, который вертел перед глазами потрясывающимися ладонями.
— Чего надо? — спросил он, не поднимая головы.
— Документы бы получить для наёмного отряда, — ответил я. — Сейчас нас в городе четверо, но еще двое людей на подходе к Гримстоуну. Мы маршовские, пришли искать работу в Крассе, как про прием прослышали.
Руперт поднял голову. Глаза у него были мутными и тяжёлыми, но взгляд цепкий. Пусть капитан был пьяницей, но дураком он не был.
— С чего ты решил, наемник, что я тебе чегой-то выпишу? — спросил он и икнул. — Завалился тут, без рода и имени. От дел отрываешь.
— Зовут меня Рилл. — пояснил я. — И за оформление разрешений заплачу, сколько требуется.
Руперт оторвал от исписанного листка пергамента небольшой кусочек, насыпал порошка трутовика в трубку и использовал бумажку для розжига. В лицо еще сильнее ударил горький дым, от которого даже камень внутри комнаты заметно почернел.
— Сегодня не выпишу ниче. — заключил он. — Завтра приходи. Или еще лучше — вообще не приходи. Хватило тут уже… ик… наймитов всяких.
— Так дело не пойдет, капитан, — покачал головой я. — Мне туту птички нашептали, что тебе нужно вот это.
Я достал из кармана карту, которую Шу дала мне перед входом в Гримстоун. На лицевой стороне пустая, без рисунка, но с паутиной на рубашке.
Руперт увидел карту, и что-то в его лице сразу же переменилсось: мутные глаза стали чуть яснее, а пальцы, которыми он держал трубку, в миг перестали дрожать. Он потянулся через стол, взял карту и не глядя убрал во внутренний карман мундира. Без единого слова.
— Проезжий лист вам нужен, значица, — вымолвил он и икнул. — Только как ты сказал, такие дела не бесплатно делаются. Пять серебряков, и я выпишу бумагу на четверых. С печатью, всё как положено. Будете носить ор… ору… железки свои, короче. И в найм сможете пойти от имени баронства. Но нанимать самим — ни-ни. Этим уже барон заведует.
Руперт покачал пальцем в воздухе.
— Нас не четверо, — поправил его я. — Нас шестеро. Двое ждут за пределами крепости, их нужно будет провести внутрь.
Руперт крякнул и почесал нос, отчего тот стал ещё краснее.
— Шестеро, значит. Ну, это, для шестерых и цена другая. Ещё пять сверху. И я отправлю Гюнтера за твоими людьми, чтобы всё было по уставу, без вопросов от стражи у ворот.
Десять серебряных. Немало, но у меня в кошеле было достаточно после выплаты от барона Шторрена. Я полез за монетами.
Руперт выдвинул ящик стола и достал из него стопку заранее написанных грамот. На них шел ровный, аккуратный почерк, явно не его. Он взял верхнюю, окунул перо в чернильницу и вписал корявыми буквами одно слово, так и не выпустив из рук трубку и оставляя кляксы повсеместно. Затем поставил поверх печать с оттиском двух скрещённых стрел. Подул на чернила, пропитав бумагу двухнедельным перегаром и запахом жженых грибов, и протянул мне.
«Шестерым под началом Рилла дозволяется вершить суд и носить железо в Крассе во имя Барона».
— Ежемесячный налог будет один серебряк, — добавил Руперт, сгребая мои монеты в стол. — Первый месяц в цену включён, так им и передай. Через луну придёшь и заплатишь следующий. Или не придёшь, и тогда я выпишу уже другую бумажку. Смекаешь?
— Все предельно ясно, — ответил я. — Давай объясню, где найти моих людей и что им передать.
— Гюнт-е-е-е-р! — Руперт кликнул караульного за дверью.
Тут же по ступеням застучали тяжелые ботинки в в комнату влетел запыхавшийся караульный, который встречал меня внизу.
— Бери-ка факел и иди с этим человеком. — обратился к нему Руперт. — Он покажет, где его люди стоят лагерем за стеной. Приведёшь их через ворота, скажешь Барту, что по моему приказу. И чтобы без… без… без лишнего шума, во.
Гюнтер молча кивнул, взял факел и пошёл за мной к воротам. Я объяснил Барту, что мои люди ждут в лесу к северо-востоку. Рыжебородый посмотрел на грамоту с печатью Руперта и пропустил нас без лишних вопросов.