— Кто вообще сказал, что её пригласят? — возразил я. — Её брат в темнице, отец тоже. Опальный род, как не урути. С чего Беатрис захочет видеть Лилиану на своём приёме?
— Потому что Беатрис планирует казнить всю её родню в день приёма, — ответила Шу без малейшей улыбки. — А казнить ее отца или брата, Кейрана, при пустом зале — не в её стиле. Арнольд уже об этом сообщал.
— Она захочет, чтобы сестра стояла в первом ряду и смотрела на казнь, — протянул я, прекрасно осознавая, что подобное и вправду в духе Иеремии. — Иначе во всем спектакле нет абсолютно никакого смысла.
Я сидел на ступеньке и перебирал в голове расклады. Косинец — далеко, но до приёма ещё целая луна. Хватит, чтобы добраться, познакомиться с Лилианой, вернуться и попасть в Талвег к сроку. Записка гонца при мне. Всё, что нужно Лилиане для того, чтобы принимать решения. А ей, судя по записке, решения принимать придётся очень скоро.
— Кейран Блэквуд, — произнёс я. — Так зовут «К» из записки?
— Старший брат Лилианы, — подтвердила Шу. — Именно он поддерживал связь с Арнольдом от имени семьи. И именно поэтому Беатрис его арестовала. Хотя формально обвинение звучит как «измена баронству», но тебе как человеку, который недавно покинул Шторрен при схожих обстоятельствах, не нужно объяснять, что «изменник» — это понятие, которое можно натянуть на кого угодно.
Похоже, что Блэквуды — один из рычагов, за который Братство могло зацепиться в Крассе, пока Беатрис зачищала территорию. Много ли таких рычагов осталось у Арнольда?
— Допустим, я соглашусь на твою просьбу, — произнёс я медленно. — Допустим, встречусь с Лилианой и отдам записку. Что дальше?
— Дальше будет зависеть от того, что она тебе предложит, — Шу пожала плечами. — Я не могу говорить за неё. Но семье нужен наёмник, которому она может доверять. А тебе нужна дворянка, которая проведёт тебя на приём. Остальное решите между собой. Взрослые же люди…
Шу многозначительно ухмыльнулась, но я пропустил мимо своего мозга ее непристойное выражение лица.
— Ты это так подаёшь, будто мы созданы друг для друга, — заметил я.
— Я подаю это так, как есть, — усмехнулась Шу. — А романтику ты сам себе додумал. Пока, во всяком случае.
Я покачал головой и задумался.
— Ладно, уговорила. — вынес вердикт я.
Шу радостно подпрыгнула в воздухе, но я быстро ее остановил:
— Но! Это не означает, что я положу голову на плаху ваших с Арнольдом или Лилианой проблем. Я не горю желанием становиться врагом второго баронства подряд.
Шу подождала, будто знала, что я не закончил фразу целиком.
— За бесплатно. — нехотя добавил я.
— Теперь мы говорим на одном языке. — довольно протянула руку Шу.
Я пожал ее ладонь и притянул ближе к себе.
— Мы отправимся в Косинец только потому, что у нас есть время и потому что нам действительно нужен выход на приём, — строго проговорил я. — Такой выход медальон в одиночку не обеспечит. Но если ты собираешься остаться с моим отрядом надолго, то ты следуешь моим командам беспрекословно. И не затягиваешь нас в бессмысленные конфликты.
— Как скажешь, мой грозный командир, — блеснули в полумраке глаза Шу.
От переполняющего ее самодовольства мне пришлось тут же выпустить ее ладонь. Если бы рядом была кадка с водой, то я, наверное, облил бы ее с головой, чтобы хоть немного сбить у этой чертовки спесь.
— Держимся подальше от Талвега, пока не придёт пора. Незачем соваться туда раньше срока. — произнёс я. — А сейчас иди спать. Завтра мы еще остаемся в Гримстоуне, чтобы отдохнуть. А послезавтра выдвигаемся на север.
Шу кивнула головой, и мы разошлись. Я завалился на одеяло в углу, и уставшее тело быстро провалилось в сон.
Утро в «Гвозде» началось с запаха каши и шкварок. Грета гремела посудой внизу, и звук её голоса, отдающего команды помощнице-кухарке, пробивался через деревянный пол, на котором я проспал восемь часов без единого визита колдуна из Харроу.
За завтраком я рассказал отряду о предстоящем плане. Вопросов ни у кого не возникло, особенно учитывая, что нам все равно пришлось бы провести целую луну до приема, нанимаясь к кому-то по контракту. А так, будут возможности подзаработать денег и по пути, и в финальной точке, на самом северо-востоке Красса. Да и побыть подальше от Талвега до поры до времени.
Берт навалил себе двойную порцию каши и сверху положил лшкварок. Лазарь ел медленно, одной рукой, потому что другой придерживал раскрытую записную книжку с колонками символов — он работал над шифром из записки Кейрана.
— Есть продвижение? — спросил я, когда Лазарь отложил ложку.