— некоторые вещи начинают вставать на свои места, — ответил он, показав мне страницу, исписанную аккуратными рядами букв и пометками. — Я нашёл четыре повторяющихся сочетания, что подтверждает мою версию о шифре подстановки. Но ключ пока не подобран. Мне нужно ещё два-три вечера спокойной работы, чтобы перепробовать основные варианты.
— У тебя будет время, — кивнул я. — Мы задержимся здесь до завтрашнего утра, прежде чем выдвигаемся в Косинец.
После завтрака Айрис попросила меня сесть и не двигаться пять минут. Она коснулась моего лба пальцами, и знакомое тепло растеклось по голове — ментальный щит встал на место. Процесс прошел попроще, чем в прошлый раз. Руки у неё не дрожали, и цвет лица вернулся к нормальному. Отдых явно шёл ей на пользу.
— Продержится дней пять, — сказала она. — Потом скажешь, и я обновлю.
— Как ты себя чувствуешь в целом? — спросил я.
— Лучше с каждым часом, — ответила она, убрав выпавшую из прически прядь волос за ухо. — Ещё пара дней, и я смогу держать иллюзию на Векс, ментальный щит и использовать свою магию в полной мере.
— Хорошая новость. — подметил я.
Оставшуюся часть утра я провалялся в комнате и спустился в общий зал таверны ближе к полудню. В «Гвозде» было немноголюдно: пара местных за дальним столом, солдат из гарнизона, который лениво потягивал разбавленный эль, видимо, в свой выходной. И двое проезжих купцов у окна, тихо переговаривавшихся между собой.
Я взял себе кружку эля и сел за стол неподалеку. Купцы не обращали на меня внимания, и их негромкий разговор долетал вполне отчётливо.
— … так и передали, мол, по всем вопросам обращайтесь к дочери. Торговцу из Подгорного отказали в аудиенции у барона, представляешь?
— Беатрис?
Второй купец произнёс это имя тише и огляделся. Убедился, что никто не слушает. Я старательно делал вид, что меня в комнате не существует.
— Она самая. Говорят, батюшка уже по всем вопросам её направляет и готовит к престолонаследию. Шутка ли — дочь, которая пропала десять лет назад, объявляется и тут же берёт в руки все дела.
— Мне рассказывали, что при дворе от неё многие не в восторге, — заметил первый купец. — Но при этом все молчат. Странно, правда?
— Ничего странного, — ответил второй. — Когда последний раз кто-то говорил открыто против Крассов…
Оставшуюся часть фразы купец прошептал настолько тихо, что я ее не расслышал. Я допил эль и ушёл, унося с собой информацию, которая подтверждала то, что я и так подозревал. Иеремия не просто заняла тело Беатрис. Она методично забирала власть, отодвигая самого барона на второй план. И люди вокруг это чувствовали.
Я нашёл Векс на крыше таверны, где она сидела, глядя на горы на западе, где располагался Анклав.
— Я тут интересный разговор услышал, — сказал я и устроился рядом с ней. — Интересно?
— Если ты про сплетни купцов, то я наслушалась их ночью через открытое окно, — усмехнулась Векс. — Они даже имя Иере… Беатрис произносят, глядя для началачерез плечо. Стражники напрягаются при одном упоминании Талвега.
— Не похоже на страх перед Крассом, — заметил я. — Красс правил здесь десятилетиями, и люди привыкли. Это что-то новое.
— Эта демонова сучка набрала столько власти, что теперь ее убить будет не просто, — вспылила Векс.
Я усмехнулся и приобнял Векс за плечи, и демоница немного расслабилась и позволила себе улыбку от осознания иронии своих слов.
Мы немного помолчали. Горы на западе окрасились в красное, и на мгновение мне показалось, что я вижу отблеск огня на вершинах — Анклав за горами, демоны, которые не знают и не заботятся о политике баронов. Для них люди — добыча, не важно, под каким флагом. По крайней мере до тех пор, пока ими руководит Трибун. Но и Основателя я не знал, чтобы быть уверенным в том, что он поступил бы по-другому.
— Мы идём в Косинец, — сказал я. — Затем в Талвег. Там я с ней разберусь.
— Мы разберёмся, — поправила Векс.
Вскоре порыв ветра заставил Векс поежиться, и мы покинули крышу. А остаток дня я провёл в непривычном для себя занятии: ничего не делал. Не лез в книгу, хотя ларец стоял на столе и Лазарь косился на него каждые полчаса. Не читал свитки. Не думал о маршрутах, патрулях и шифрах. Просто спал, ел, чистил доспех и позволил себе выдохнуть впервые с тех пор, как мы покинули Шторрен-форт. А вполне вероятно даже с того момента, как я вообще появился в Шторрене.
Берт провёл полдня в кузне, где местный кузнец — мрачный мужик с руками размером с окорок — подточил ему топорик и выправил помятую пластину на моей бригантине за пять медяков. Так что снаряжение было готово к завтрашней отправке на север.