- Ммм...хва-хватит, - сиплю из последних сил непонятно кому.
- Лежи смирно, - рявкает мужской голос...командира?
Ничего не пойму. Почему он здесь? Зачем издевается? Это бесчеловечно. Я хочу уйти!
Но вместо крика получается только рвано и надсадно дышать. Кислорода отчаянно не хватает, ловлю его словно умирающий. Хотя возможно жить мне недолго осталось. Но за что меня убивают?!
Начинаю отчаянно махать руками и несколько раз задеваю нечто твердое, но мое сопротивление быстро пресекают просто-напросто зажав запястья над головой.
- Успокойся, мы помогаем! - рявкает сверху командир.
Мы? Кто «мы»? И отчего их помощь больше похожа на пытку?
Десять секунд я лежу смирно, осмысливая происходящее, и этого достаточно, чтобы заметить значительные улучшения моего состояния. С наслаждением делаю глубокий вдох, смакуя каждую крупицу воздуха, который пропитан запахом сырой земли, травы, а еще солнечным теплом, что странно, ведь недавно был вечер... мне стало плохо вечером...
Резко открываю глаза и вздрагиваю от ужаса - надо мной возвышается атлер! Его огромная фигура застилает собой все пространство, и я даже не могу определить, где нахожусь. Издаю невнятный писк, словно жертва перед хищником...Но ведь это не так. Судя по всему, он только что спас меня, а бояться спасителя по крайней мере глупо. Правда, как объяснить свою логику парализованному страхом телу, которое отказывается шевелиться?
Мужчина тем временем рассматривает мое лицо и его собственное неуловимо меняется: холодная отстраненность вершителя судеб уходит под напором возрастающего интереса живого человека. Затаив дыхание, я завороженно слежу за этой удивительной трансформацией, которая одновременно и пугает, и манит.
«Меня же все еще лечат?», - возникает своевременный вопрос.
И тут я наконец-то открываюсь от созерцания атлера и вижу...о, Боги, как я не почувствовала?! Рубаха распахнута практически до самых сосков, и мужская рука, воспользовавшись доступом, вольготно расположилась на моей оголенной груди. Какой стыд!
Взвизгиваю и в порыве неконтролируемой агрессии бью извращенца по его наглой лапище. Но ему, кажется, все равно. Плавным движением он поднимается на ноги, будто сам решил и моя истерика на него не влияет.
- Здорова, - бесстрастным голосом констатирует он. - Ночует пусть здесь.
- А как же... - несмело произносит командир, но спотыкается на полуслове.
- Донесите необходимую информацию своим воинам, - короткая пауза и мимолетный взгляд в мою сторону. - Или убейте ее.
Своим ровным тоном атлер Деррон замораживает кипящую во мне смесь из злости, обиды и смущения. Не верится, что он посмел предложить такое. Да, я не самый полезный член отряда и от меня сплошные неприятности, но мне тоже хочется жить! И если ему так не терпится избавиться от надоевшей обузы, то мог и не спасть вовсе!
Я не высказываю ему это лишь потому, что полностью сосредоточена на реакции лера Санда. К счастью, она более чем красноречива, а именно: полное непринятие столь варварского способа снятия бремени.
- Ложись спать, девочка, - довольно мягко говорит командир и уходит вместе с атлером.
А я с опозданием понимаю, что даже не спросила о том, что со мной было, Подозреваю, причина в бой-траве, либо отравление пищей, недаром накануне меня смутил запах подливки к мясу.
Очень скоро усталость берет свое и мне становится не до выискивания истины. Утром тоже не до этого, ведь я безбожно проспала, разнеженная комфортом отдельного шатра. Поэтому, услышав разговоры об уже готовом завтраке, выскакиваю наружу словно на войну. Хорошо, додумалась накинуть поверх рубашки плотную куртку... иначе все бы лицезрели то же самое, что и атлер с командиром вчера. До сих пор внутри хлещет ощущение опороченности. Хотя надо заставить себя смириться и выразила благодарность атлеру. И я бы давно неслась к нему, если б не те отвратительные слова. Может, все-таки переборю себя и выдавлю короткое «спасибо», когда встречу его. А вот командира хочется от души поблагодарить за человечность. Он, несмотря на откровенную неприязнь, стал более сдержан и с пониманием относится к моим ошибкам.
Быстрым шагом направляюсь к суетящемуся у котла Ио. Обвожу взглядом поляну с трапезничающими воинами и прихожу к выводу, что припозднилась я сильно, так как основная работа уже выполнена.
- Простите, йер, мне вчера стало плохо, поэтому я ночевал в шатре, а там слышимость хуже, - тараторю оправдания. - Больше подобного не повторится. Обещаю.