— Вы о лорде Кэмпбеле?
Дженингс покачал головой:
— Маркиз уехал еще утром и пока не вернулся.
— Он отправился верхом в такую погоду?
— Да, миледи.
— Благодарю вас, мистер Дженингс. — Роберта прошла мимо него и поспешила по коридору к лестнице.
Дойдя до вестибюля, она по привычке сунула левую руку в карман платья. А когда вошла в большой зал, лицо ее осветилось искренней радостью.
— Генри! — закричала она.
В волнении Роберта вынула руку из кармана и бросилась через зал. Она кинулась в раскрытые объятия Генри Талбота и обняла его так, словно боялась отпустить. Ее верный рыцарь вернулся, чтобы спасти от грозящего ей прозябания в неприветливом и враждебном для нее Хайленде.
Роберта подняла глаза в самое время, чтобы увидеть, как его красивое лицо наклоняется к ней. Она быстро отвернулась в последний момент, и его поцелуй пришелся в щеку.
— Как я понимаю, твоя помолвка еще не расторгнута? — спросил Генри, и в голосе его прозвучало разочарование.
— Пока задерживается, — солгала Роберта, сделав шаг назад и взяв его руки в свои. — Ты, должно быть, ужасно замерз. Иди согрейся у камина. Ты надолго приехал?
Не ответив на ее вопрос, Генри позволил отвести себя к одному из кресел, стоящих перед камином. Садясь, он обнял ее за талию и попытался усадить к себе на колени.
Роберта засмеялась:
— Нет, Генри, не надо, пожалуйста. Это неприлично.
— Я был в отъезде целых шесть недель, и ты отказываешься поцеловать меня, — пожаловался он. — Но, по крайней мере, сядь поближе.
Несмотря на то что она противилась этому, он все же усадил ее к себе на колени. Роберта торопливо прикрыла левую руку правой. Сейчас она была озабочена не только тем, чтобы скрыть родимое пятно, но и кольцо, подаренное ей Гордоном.
Долгим взглядом она посмотрела в красивое лицо Генри. Он ничуть не изменился, он был тем же самым человеком, которого она знала и любила уже больше года, но все же в нем не было того неотразимого обаяния, как два месяца тому назад. Она была уверена в том, что он любит ее, но тот тревожащий вопрос, который некогда задала ей тетка, все время всплывал в ее сознании.
Она хочет остаться в Англии потому, что любит Генри? Или она любит Генри потому, что хочет остаться в Англии?
— А теперь расскажи, дорогая, как ты скучала по мне, — сказал Генри, отвлекая ее от тревожных мыслей.
— Ты знаешь, что я не вправе говорить о подобных вещах, — мягко укорила его Роберта с игривой улыбкой, чуть тронувшей утолки ее губ.
— Черт побери, дорогая, — произнес знакомый голос позади нее. — Почему же ты не скажешь этому человеку, как мало ты скучала по нему?
— Боже правый! — воскликнула Роберта, вскакивая с коленей Генри. Она быстро обернулась и увидела Гордона Кэмпбела, с мрачным видом приближающегося к ним.
Ничего не понимая, Генри поднялся с кресла и повернулся к нему.
— Это еще кто такой? — спросил он.
— Это Гордон Кэмпбел, маркиз Инверэри, — чуть слышно, почти шепотом, ответила Роберта. — Гордон, а это Генри Талбот, маркиз Ладлоу.
С молчаливой враждебностью соперники уставились друг на друга. Наблюдая за ними, Роберта нервно поглаживала пальцем «дьявольский цветок» на левой руке.
— Неужели Кэмпбел проскакал такой долгий путь из Шотландии, чтобы лично возвестить о расторжении помолвки? — спросил Генри, метнув на нее удивленный взгляд.
— Ну, это не совсем так, — запинаясь, начала она, внутренне сжавшись от стыда. — Но все, что от меня требуется, это вести себя благожелательно по отношению к нему до весны. Потом он согласится на разрыв, если я пожелаю.
Гордон поймал взгляд Генри, а потом нахально смерил Роберту с ног до головы, задержавшись многозначительно на наиболее выразительных изгибах ее тела.
— Роберта была очень благожелательна, — сказал он тоном, предполагавшим нечто большее, чем это. — Ну, да ты, конечно, можешь представить, насколько благожелательной она бывает.
— Мерзавец! — сдавленным голосом сказал Генри.
Гордон только улыбнулся ему в ответ.
— Расторгни свою помолвку, — пригрозил ему Генри, — или мы еще встретимся с тобой при дворе.
Быстрым, как молния, движением Гордон выхватил из-за голенища сапога свой кинжал — «последнее средство».
— При дворе решают свои проблемы трусы, — сказал он. — Вытаскивай свой, и мы уладим это здесь и сейчас.
— Нет! — закричала Роберта, когда в ответ Генри вытащил из-за пояса свой кинжал.
— Оружие в ножны! — приказал властный голос дяди.
Роберта повернулась к дверям. Слава богу, к ним спешили дядя Ричард и тетя Келли.
— Кэмпбел пытается увести мою невесту, — объяснил Генри, вкладывая в ножны свой кинжал.
— Она была моей задолго до того, как ты вообще познакомился с ней, — отрезал Гордон, пряча за голенище свой. — Эта девушка провела тебя как дурака, дружище. Будь умнее и просто забудь о ней.
Готовая спорить, Роберта начала:
— Нет, подождите минуточку…
— Помолчи, — приказал граф Ричард.
— Не нужно шуметь. Поговорим спокойно, — добавила графиня, бросая на обоих молодых людей укоризненный взгляд.
И, взяв Роберту за руку, повела ее к креслам перед камином. Трое мужчин последовали за ними и встали рядом. Чтобы дать всем присутствующим успокоиться, граф Ричард начал расспрашивать Генри о том, что происходит при дворе.
Чувствуя себя ужасно неловко, Роберта боялась встретиться глазами с обоими поклонниками. Уставившись в пол, она терла пальцем «дьявольский цветок». От придворной жизни разговор перешел к ней; но она была так погружена в свои переживания, что даже не понимала, о чем идет речь.