— Ева… Дело в том, что… Это я убил Вольфа.
Эти слова сорвались с его губ, как камни. Тиканье часов над камином вдруг стало громким, как удары молотка по наковальне.
«О Боже!» Услышанное пронзило Еву, как молнией. У нее внутри все сжалось, а горло сдавил спазм. В ее ушах шумело, а окружающий мир вдруг стал холодным и чужим.
Андреасу показалось, что он ожидает ответа целую вечность. «Почему Ева молчит?» Он отчаянно нуждался в ее мягком слове или понимающем прикосновении, но Ева, подавленная вихрем эмоций, словно окаменела. Андреас больше не мог выносить этой тишины. Отчаянно надеясь на понимание Евы, он, запинаясь и тщательно подбирая слова, описал обстоятельства смерти Вольфа, стараясь не слишком сильно возлагать вину на брата и не слишком рьяно защищать себя. Андреас просто хотел рассказать правду, как она есть.
Смущенная и потрясенная услышанным, Ева встала.
— Знаешь… Мне нужно прийти в себя, — сдавленно сказала она. — Тебе лучше уйти.
— Но…
— Прошу тебя. Мне нужно побыть одной.
Ева, отойдя к дальней стене, отвернулась. Андреас встал. Его пальцы беспокойно теребили фуражку. Ева чувствовала на себе его взгляд.
— Прошу тебя, не смотри на меня так. Что я, по-твоему, должна сказать? И что должна чувствовать? — Ева резко развернулась. — Я ненавидела Вольфа, но… Я… — Она начала метаться по комнате. — Мне просто нужно прийти в себя.
— Я только хотел сказать, что был вынужден так поступить. Он убил бы и меня, и тех женщин…
— Да как ты не понимаешь! — воскликнула Ева со слезами в голосе. — Все это — из-за меня! Все эти беды! Вольф — это моя ошибка. Это из-за меня погиб Герман, а теперь еще и ты…
По щекам Евы побежали слезы. Не договорив, она упала в кресло и, закрыв лицо руками, зарыдала.
25 декабря 1942 года
6-я армия
Полевая почта, Сталинград
Здравствуй, дорогая Линди!
Старший сержант Битман сказал, что это письмо до тебя может не дойти, потому что наши самолеты часто сбивают. Но я все же решил рискнуть.
Вчера был сочельник, и я постоянно представлял, как ты звонишь в серебряный колокольчик, созывая наших девочек. Надеюсь, у вас был торт и красивая елка со свечами. Мы же здесь воображали, что наш черный хлеб — это рождественский кекс. Мы поделились им с одной русской и ее больными детьми, которых капеллан нашел в разрушенном погребе. Затем мы натопили снега и представили, что это — бренди. В полночь нам разрешили запустить в небо ракеты. Видела бы ты это зрелище. Вся немецкая армия стреляла из ракетниц. Было такое ощущение, что вот-вот спустятся ангелы и спасут нас из этого ада. Мы сняли шлемы и спели «Тихая ночь». Некоторые из парней плакали.
Сегодня утром капеллан провел для двадцати из нас причастие и прочитал проповедь из Евангелия. Знаешь, меня совсем не беспокоило, что он — католик. Капеллан напомнил, что Бог сострадает к людям, а затем он за каждого из нас помолился. Когда он опустил на мою голову руку, я ощутил внутренний мир.
Позже я молился Богу, вверяя в Его руки свою душу. Когда ты получишь это письмо, возможно, я буду уже с Ним. Что бы ни случилось, я верю, что Бог защитит тебя и Германию от русских. Он непременно это сделает.
Начинается артобстрел. Прошу, посади себе на колени наших малышек и скажи, что папа сильно их любит. Передай Кларе и Фриде, чтобы они не переставали петь. Скажи им, что я слышу их песни в своих снах. А Гертруда и Ирина пусть продолжают печь печенье, потому что я чувствую его запах даже в России.
Линди, я не мог дать тебе большого богатства, но ты обогатила мою жизнь. Люблю тебя всем своим сердцем. Молись обо мне и моих товарищах. Здесь просто ужасно.
Вечером, в понедельник 1 февраля 1943 года, ферма Ландесов дрожала от яростных ударов ветра. В доме было уныло и холодно. Письмо Понтера пришло в конце января — почти через месяц после того, как было написано. Однако еще неделей ранее Линди навестил Ричард Клемпнер, с прискорбием сообщив, что Гюнтер пропал без вести во время сражения 7 января. Скорее всего, он погиб где-то посреди мерзлых развалин Сталинграда. В своем офисе Ева узнала, что в тот день произошел жестокий штыковой бой, унесший жизни тысяч немецких солдат. В отчете так же было сказано, что доступ к телам убитых невозможен.
— В извещении написано, что Гюнтер пропал без вести, — сказала Линди, крепко обнимая Еву. — Я не верю, что он погиб. Он вернется. Вот увидишь. Сколько времени нужно на то, чтобы добраться сюда от Сталинграда?