Мы улыбнулись одновременно и абсолютно одинаково — сквозь подступающие слёзы.
Мира глубоко и судорожно вздохнула, в очередной раз призывая себя и меня к спокойствию.
— Она его женщина. Его жена. Его друг. Не безликая тень, бродящая по замку. С ней он впервые узнал, что это такое. Ради неё он не то, что на колени встанет…
Она оборвала саму себя, а мне отчаянно захотелось вцепиться в её руку.
— Помочь ей может только барон, — закончила она уже спокойнее.
— Потому что именно Удо сделал его таким?
Я спрашивала о запредельном, но так уж между нами повелось.
Мира в очередной раз пожала плечами:
— Да. Если бы он не смешал его с грязью тогда, как знать. Он, вероятно, так и остался бы заурядным бароном. Вернул бы своё состояние или его часть, и всю жизнь тосковал о чём-то так и неизведанном. Бруно прав, эти двое и правда друг друга стоят.
Я прикусила губу, чтобы не издать ни звука, потому что слишком ярко мне представилось, насколько безрадостной оказалась бы в таком случае жизнь моего барона.
— Он… — дыхание перехватило, и я пригладила волосы, а потом попробовала ещё раз, уже твёрже, не допуская в голосе скорбных интонаций. — Забрать силу у такого человека, как Удо Керн, всё равно, что лишить его руки…
— Если у такого, как Удо забрать одну руку, где-то у него наверняка найдётся запасная, — Мира ответила мне тихо, но с такой страстью, что я вскинула голову и будто очнулась. — Он справится. Он знает, как с этим быть. Все остались живы, и тот, кому ты принадлежала, больше не придёт. Значит, он сделал, что хотел. Но как только эта сволочь очнётся, я сама его прикончу. Когда Ханна с ним закончит.
Она растёрла лицо ладонями, а я всё-таки заплакала и улыбнулась одновременно.
Дверь, под которой мы сидели, открылась, и Бруно показался на пороге.
Мирабелла поднялась первой, пусть и немного неровно, держась за стену.
Я вскочила вслед за ней, едва не запутавшись в подоле собственного платья.
— Ну что?
Спросила, конечно же, она.
И устало глядящий в пространство герцог сфокусировался на ней, сосредоточился. Как будто пошёл на её голос.
— Всё будет нормально. Он очнётся к утру. После будем думать, как помочь ему восстановиться.
На виске Бруно остался глубокий уродливый ожог — соприкосновение с тем пламенем не прошло для него даром.
Я знала, что и с этим всё будет хорошо. Он сотрёт этот шрам, как пыль с комода, и даже следа не останется, но прямо сейчас смотреть ему в лицо было стыдно и жутко.
— Как ты, Мелли?
В том, что он меня возненавидит, я практически не сомневалась. Была готова к тому, что все станут смотреть с упрёком и неприязнью, а он не сможет выносить моего присутствия.
Однако в голосе старшего Керна была мягкая тревога и участие.
— Простите, — я не знала, что ещё могла сказать. — Простите меня. Так не должно́ было быть.
— У Удо всё может быть. Тебе не в чем себя винить, — он вдруг потянулся, поправил мою висящую в беспорядке прядь, и я заметила, что пальцы у него дрожали.
Слишком много отдал он сам, чтобы Удо просто проснулся завтра утром.
— Не в чем, потому что ты будешь винить себя? — в глаза ему я всё же посмотрела.
Нет, ненависти в них точно не было.
Бруно чуть рассеяно и совсем невесело улыбнулся.
— Быть может, и стоило бы.
Он явно хотел сказать что-то ещё, но не успел закончить, потому что открылась и вторая дверь.
Монтейн вышел в коридор, пошатываясь, безо всякого стеснения держась за стену.
— Я забыл…
Голос его звучал так глухо, будто каждое слово давалось огромным трудом.
Герцог Керн бросился к нему, почти оттолкнув меня, подхватил под локоть, не давая упасть.
— Забыл что?
Мне оставалось лишь бросить беспомощный и почти невидящий взгляд на Миру и прижать руки к груди в таком глупом жесте.
Уж не безумия ли опасался в нём Бруно?
Даже если так, он сам только что сказал, что нет ничего непоправимого.
Даже если выяснится, что то существо успело навредить ему, мы справимся. Я научусь справляться. Он сам придумает, как это исправить. Да и Керны помогут.
Если бы не Удо, мы оба погибли бы там.
А он, спасая нас, даже не позаботился о том, как станет выбираться после.
Что бы я делала с двумя бесчувственными мужчинами, если бы Мира не подумала о том, что кто-то наверняка окажется ранен и понадобится повозка?
Барон коротко и благодарно кивнул, опираясь на плечо Керна.
— Что вы оба — идиоты, с которыми нельзя иметь дело без подготовки.