Не подумавший ни принять более приличное положение, ни хотя бы изобразить раскаяние Керн лениво повернул голову в его сторону.
— Ну, извини. Где пришлось.
Герцог Бруно, — а это, по всей видимости, был именно он, — только хмыкнул выразительно, но ответом брата не удостоил.
— Ни минуты в тебе не сомневалась, — вторая женщина, красивая, высокая, темноволосая, остановилась за другим его плечом. — Но вы, барон?
Монтейн почти успел отдышаться, и, несмотря на кровь на щеке и разбитых губах, кивнул ей, изображая учтивый поклон.
— Рад встрече, герцогиня! Вы превосходно выглядите.
— Чего, к сожалению, не могу сказать о вас, — она ответила ему с такой же подчёркнутой любезностью, и вдруг улыбнулась шире. — Почему вы мне не написали?
Они беседовали не просто как понимающие друг друга люди, а как добрые друзья, и я невольно посмотрела на герцогиню Мирабеллу внимательнее.
Она была не просто красивая, она оказалась по-настоящему хороша. Яркие зелёные глаза, здоровый цвет лица, густые волосы. Маленькая изящная шляпка.
Они явно были с дороги…
Встретив эту женщину в другом месте и при иных обстоятельствах, я бы никогда не заподозрила в ней верную жену и мать троих детей. Скорее уж ту, кто разбивает мужские сердца играючи.
Монтейн же прищурился на солнце, поднял голову, чтобы лучше видеть её, потому что один глаз у него был знатно подбит.
— Всё произошло так быстро. Пришлось поиметь неудовольствие от встречи с братом вашего супруга.
— Я вижу, — протянула она со странной интонацией, а потом перевела взгляд на Удо. — Надеюсь, всерьёз лечить никого не надо?
Тот неопределённо махнул рукой и улёгся удобнее.
От испуга и стыда меня всё ещё трясло.
Опозориться перед Ханной при встрече было страшно.
То, что произошло теперь, не лезло уже ни в какие рамки.
Учитывая количество крови и то, как выглядел теперь младший герцог Керн…
Герцог Бруно, наконец, отвёл взгляд от брата, перешагнул через ведро, чтобы подойти ко мне.
— Добро пожаловать, госпожа Мелания. Примите мои извинения за это безобразие.
Непривычное и слишком высокое для меня обращение лишило дара речи, а герцог меж тем коротко и очень приятно коснулся губами моих пальцев и тут же отпустил руку.
— Оставь её в покое. Она и так думает, что всё мы здесь немножко сумасшедшие, — Ханна бесцеремонно и совершенно по-плебейски дёрнула его за рукав.
Герцог Бруно хмыкнул, и, прежде чем сделать шаг назад, окинул меня цепким, но не слишком навязчивым взглядом.
— И что из этого ложь? — Мирабелла хмыкнула, а потом опустилась на корточки возле лежащего на земле герцога Удо, чтобы быстро осмотреть его разбитый лоб.
Серьёзных повреждений она, очевидно, не нашла, потому что тут же взглянула на Монтейна.
— Мы остановились, чтобы пообедать в трактире. Люди говорили о том, что Чёрный Барон окончательно проявил свою сущность и стал забирать в уплату за свои услуги самую красивую девицу. После вашего визита в деревню неподалёку эпидемия закончилась, зато пропала местная травница.
Я глупо моргнула, пытаясь поверить в то, что она говорит всерьёз.
— И, признаться, барон, я вас понимаю, — улыбка на губах герцога Бруно мелькнула и пропала, но она успела мне понравиться. — От того места мы ближе всего. Так что пришлось оставить экипаж и ехать верхом.
Вильгельм молчал почти минуту, осмысливая услышанное, а я боялась пошевелиться или даже вдохнуть поглубже. А потом он засмеялся.
— Вам не стоило беспокоиться. Я не меняю своих решений, герцог Керн.
— И не дерётесь, как босяк, у обочины, — старший Керн серьёзно кивнул, потом бросил ещё один взгляд на брата. — Если вы на сегодня закончили, через час жду всех в гостиной.
Глава 22
Поднимаясь с земли, Монтейн припал на правую ногу и по пути к замку заметно хромал. Я успела почти испугаться того, как сильно ему на самом деле досталось, но в нашу комнату он ворвался почти бегом.
Оставляя меня за спиной, первым делом направился к окну, и едва я успела запереть дверь, со всей силы всадил кулак в каменную стену.
— Сука!
Я вздрогнула так сильно, будто он ударил меня.
Барон же засмеялся, оперевшись ладонями о подоконник и низко опустив голову, позволяя каплям крови упасть на камень.
Сумев, наконец, сделать полноценный вдох я шагнула к нему.
Разумеется, ругательство это было адресовано не мне.
— А он ведь чёрт его побери, во всём прав. И ты ни слова не сказала мне об этом.
Он не смотрел ни на меня, ни в окно, предпочёл уставить взгляд куда-то в пространство.