Замок Керн же в этом смысле на замок вовсе не походил. Скорее на просторный красивый дом, построенный и оборудованный так, чтобы его обитателям удобно и приятно было проводить время в нём.
Не потому ли, что Керны поколениями пользовались дурной славой и нередко оставались в своих владениях месяцами, случайно или намеренно наводя на округу почти что священный ужас?
Откуда-то тянуло свежим предутренним воздухом, и, постояв немного на месте, я решилась толкнуть полуприкрытую дверь.
Она вела в галерею.
Надеясь, что петли не заскрипят, и что находиться здесь мне не возбраняется, я вышла, чтобы спокойно подышать и подумать.
Внизу был пустующий сонный двор, а чуть в отдалении сад. Справа виднелась лестница, по которой удобно было бы туда спуститься, и я направилась к ней, но, уже взявшись за перила, замерла.
Приглушённый шорох раздался в отдалении, почти за спиной.
Изо всех сил стараясь успокоиться и убедить себя, что это просто не может быть Чёрный Человек, я обернулась, выглянула из-за колонны, на всякий случай готовясь закричать достаточно громко, чтобы кого-нибудь разбудить.
К моему же огромному счастью я этого не сделала.
Всего пара секунд потребовалась, чтобы взгляд выхватил в полутьме две фигуры. Мужчина и женщина.
Мира и…
На мгновение мне показалось, что я вижу её в объятиях герцога Удо, но стоило присмотреться, и замершее было сердце забилось снова.
Волосы чуть длиннее, чуть шире плечи…
С ней был её муж.
Не видя и не слыша ни меня, ни целого мира, герцогиня полусидела на каменной балюстраде, опасно откинувшись назад. Её платье было в беспорядке, почти сорвано с одного плеча, а и без того нехитрая причёска растрепалась, роскошные темные волосы рассы́пались по плечам, лишь частично прикрывая полуобнажённую грудь.
Герцог Бруно подтянул её колено к своему бедру, неприлично высоко и откровенно, и двигался в ней отчаянно быстро и так сильно, что ей приходилось хвататься за его плечи, чтобы не упасть.
Они походили на влюблённых, которые всю ночь гуляли по саду, а после просто не дотерпели до спальни. Воспользовались уединением тёмной галереи, потому что не в силах были оторваться друг от друга.
Четыре года и трое детей спустя…
Забыв, как дышать, я смотрела на них. На то, как бережно и вместе с тем крепко он держал её под спину. На то, как она гладила его затылок, неровно и нежно.
Если так выглядит брак…
Без грязи, без склок, без страха поднять глаза друг на друга.
Наверное, я могла бы подойти и ближе, они бы всё равно не заметили, всецело увлечённые друг другом.
Вместо этого я постаралась прошмыгнуть по лестнице, пригнувшись, чтобы стоя́щий лицом ко двору Бруно не заметил моей тени.
Это время было только для них.
А мне следовало уйти в сад поглубже, чтобы прохладный рассветный воздух остудил пылающие щёки и кипящий разум.
Столько страсти в них было. Столько нежности.
Любопытно, смотрелись ли мы с Монтейном со стороны так же?
Заметив утопающую в зелени, увитую плющом беседку, я поднырнула под уютно шелестящие на ветру ветки ивы и направилась к ней. Место показалось мне достаточно уединённым, чтобы отдышаться и погулять.
Тем более, мне все равно предстояло подождать, пока Керны не уйдут из галереи. Столкнуться с ними на обратном пути было бы ещё хуже, чем несколькими минутами ранее.
В траве что-то зашуршало, и опустив взгляд, я увидела ежа. Крупный и на удивление ушастый, он деловито шёл куда-то, и, проводив его взглядом и улыбкой, я стала смотреть под ноги внимательнее.
Когда порог беседки оказался прямо передо мной, я всё-таки не выдержала, воровато оглянулась на замок, удостоверяясь в том, что отсюда не видно галерею, а из галереи не видно меня.
— Бруно и Мира? — тихий и насмешливый голос герцога Удо раздался прямо за моей спиной.
Почти подпрыгнув от неожиданности, я развернулась и неуклюже ввалилась в беседку.
Младший Керн сидел на полу, привалившись спиной к каменной стене и расслабленно положив руки на поднятые колени. Он практически скрылся в тени густой листвы, и я наверняка даже не заметила бы его сразу, если бы он не заговорил.
Сердце застучало так, что отдалось в затылке.
Герцог видел, откуда и как быстро я шла, а значит…
— Не смущайся, — совершенно верно истолковав моё молчание, он небрежно дёрнул плечом. — Они как чёртовы кошки, на каждом углу. Даже я до сих пор не могу привыкнуть. Это можно только переждать.
Я с трудом подавила смех, обошлась коротким и до неприличия взволнованным смешком и сделала шаг к нему.