— Чем?
— Наследством. И у моих поверенных есть бумаги, подтверждающие это, если хотите знать.
Манро пожал плечами и снова зашагал дальше.
— А вы не интересовались финансами Хорна? Джаспер пошел с ним в ногу.
— Он живет с матерью в городском доме.
— Ходили слухи, что его отец потерял деньги на операциях с акциями.
— В самом деле? — удивился Джаспер. — Его дом находится в «Линкольнз инн».
— Дорогое местечко для человека, не имеющего наследства.
— И, тем не менее, у него нашлись деньги, чтобы путешествовать по Италии и Греции, — задумчиво проговорил Джаспер.
— И по Франции.
— Что? — Джаспер остановился.
Через минуту Манро заметил, что обогнал его, и обернулся:
— Прошлой осенью Мэтью Хорн был в Париже.
— Откуда вы это знаете?
Манро склонил набок голову, поворачиваясь к Джасперу здоровым глазом.
— Может быть, я и отшельник, но я переписываюсь с натуралистами Англии и Европы. Этой зимой я получил письмо от французского ботаника. Он описывал званый обед в Париже. На нем присутствовал молодой англичанин по имени Хорн, который побывал в американских колониях. Я подумал, что это мог быть наш Мэтью Хорн, вы так не думаете?
— Вполне возможно. — Джаспер покачал головой. — А что он делал в Париже?
— Осматривал достопримечательности. Джаспер поднял бровь:
— И это когда мы с французами враги? Манро пожал плечами:
— Возможно, некоторые считают мою переписку с французскими коллегами подрывной деятельностью против нашей страны.
Джаспер устало вздохнул:
— Это только догадки, только предположения, которые, мягко говоря, весьма расплывчаты, но я не могу забыть эту бойню. А вы?
Манро горько улыбнулся:
— Забыть? С воспоминаниями, высеченными на моем лице? Нет, я-то никогда не забуду.
Джаспер подставил лицо легкому ветерку.
— Почему вы не приедете навестить нас, мою жену и меня, в Лондон?
— Дети плачут, когда видят меня, Вейл, — спокойно сообщил Манро.
— Вы хотя бы в Эдинбурге бываете?
— Нет, я никуда не езжу.
— Вы стали узником своего замка.
— Звучит как с театральной сцены, — скривил в усмешке губы Манро. — Это не так. Я смирился со своей судьбой. У меня есть мои книги, мои занятия и моя работа. Я… доволен.
Джаспер недоверчиво посмотрел на него. Доволен жизнью в огромном, продуваемом всеми ветрами замке в обществе лишь собаки и угрюмого слуги?
Манро, очевидно, понял, что Джаспер собирается с ним спорить, и повернул к дому.
— Пойдемте. Мы еще не завтракали. И не сомневаюсь, ваша жена ожидает вас.
Он зашагал к замку.
Джаспер, тихо выругавшись, последовал за ним. Манро не готов покинуть свое безопасное гнездо, и пока упрямый шотландец не будет к этому готов, спорить с ним бесполезно. Хорошо, если это произойдет с Манро еще в этой жизни, подумал Джаспер.
— Этому человеку совершенно необходима экономка, — сказала Мелисанда, сидя в карете, когда они отъезжали от замка сэра Алистэра. В углу уже прикорнула Салли.
Вейл с усмешкой посмотрел на нее:
— Так ты не одобряешь его постельное белье, сердце мое? Она поджала губы:
— Затхлые простыни. На всем слой пыли, почти пустая кладовка и ужасный, ужасный слуга. Нет, определенно не одобряю.
Вейл рассмеялся:
— Но сегодня у нас будут чистые простыни. Тетя Эстер сказала, что будет очень рада, если мы на обратном пути остановимся у нее. Я думаю, ей очень хочется услышать сплетни о Манро.
— Не сомневаюсь.
Мелисанда достала свое вышивание, разобрала шелковые нитки, отыскивая лимонно-желтый — этот оттенок прекрасно подходил для львиной гривы.
Она взглянула на Салли, чтобы убедиться, что та спит.
— Сэр Алистэр рассказал тебе то, о чем ты хотел узнать?
— Некоторым образом. — Джаспер смотрел в окно, а Мелисанда ждала, аккуратно вдевая нитку в иголку. — Кто-то предал нас там, у Спиннерс-Фоллс, и я пытаюсь найти этого человека.
Слегка нахмурив брови, она сделала первый стежок — непростое дело в качавшейся карете.
— И ты думал, что сэр Алистэр и есть этот человек?
— Нет, но я думал, он мог бы помочь мне вычислить, кто это был.
— А он мог его знать?
— Не знаю.
В этих словах должно было бы слышаться разочарование, но Джаспер казался довольно оживленным. Мелисанда, вышивая львиную гриву, незаметно улыбнулась. Возможно, сэр Алистэр немного успокоил его.
— Бланманже, — сказала она, спустя несколько минут.
— Что? — Он удивленно взглянул на нее.