— Но твоя сестра однажды выйдет замуж и будет иметь свой собственный дом, — заметила Кейра. По крайней мере она надеялась, что так и будет.
— Да, предположим, что Эйрианна попадет в пансион с твоей помощью и потом, в достаточно зрелом двадцатитрехлетнем возрасте, будет представлена лондонскому свету. Возможно, какой-нибудь джентльмен не обратит внимания на шепотки и сделает ей предложение и она выйдет замуж. И что потом? Я останусь в старом, насквозь продуваемом сквозняками замке. Нет, я предпочитаю свою скитальческую жизнь. Превыше всего я ценю свободу, любимые места, где есть лошади и друзья, хорошая еда и отличное вино, и буду ездить по миру в свое удовольствие.
Как романтично! Кейра не знала никого, кто бы с младых ногтей отказался от столь заманчивой перспективы. И ее друг, конечно, не исключение.
— Расскажи мне правду о Мэлони, — неожиданно попросил он. — Ты любишь его?
Девушка бросила на него испепеляющий взгляд.
— Нет, хотя он очень добрый. И богатый.
Деклан усмехнулся:
— А это и есть фундамент успешного брака.
— Не совсем. Лоумен может быть довольно нудным. И не питает особой любви к приключениям.
Деклан сочувственно улыбнулся и погладил ее по волосам.
— Я был совершенно серьезен, когда сказал, что ты должна бояться светских условностей, всего этого жеманства и лукавства, — мягко заметил он. — Они не дадут тебе жить полной жизнью. Ты не успеешь оглянуться, как окажешься прикованной к домашнему очагу замужеством и…
Кейре не хотелось сейчас об этом думать. Общество, светские развлечения, визиты, связи, сплетни… Хотелось думать только о Деклане и этих исключительных, необыкновенных минутах своей жизни.
Что-то случилось этой ночью с Декланом. Он был удивлен и встревожен, насколько сильно Кейра его взволновала, завладела всеми помыслами. Он попытался не обращать внимания нa это чувство, но это оказалось невозможно. Он не мог подавить в себе неизведанные ранее чувства, которые испытывал. Странные, удивляющие своей новизной, даже слегка пугающие. К женщине, которая имеет склонность сводить его с ума.
…В час ночи Деклан заставил ее встать с кровати и одеться, остановив слабые возражения поцелуем.
— Разговоров и без того довольно, — сказал он, испытывая теперь еще большую потребность защитить ее. — Я собираюсь пораньше выехать в Лондон.
Он настоял на том, чтоб проводить ее домой. В эшвудской конюшне Деклан прогнал сонного мальчишку-конюха и помог Кейре поставить лошадь в стойло. Когда они вышли наружу, она еще раз посмотрела на него:
— Счастливого пути, дорогой.
Он улыбнулся:
— Обещай мне, что не будешь так тревожиться, девочка. Лили скоро приедет, и все закончится. Ты с миром вернешься в Ирландию.
— Ты постоянно мне об этом напоминаешь, — насмешливо сказала она.
— Но, солнышко, еще недавно это было твоим самым заветным желанием. Разве не так? — Он встал позади нее, обвил руками за талию и поцеловал в шею.
— Желания могут меняться, — туманно отозвалась она.
— Будь сильной, — пробормотал он и запечатлел мягкий затяжной поцелуй на ее губах. Потом отошел в сторону, приподнял шляпу и направился к своей лошади.
— Деклан!
Он остановился и оглянулся.
Она подошла к нему и посмотрела немного затуманенным взглядом.
— Это было… великолепно, — прошептала девушка.
Ему пришло в голову несколько вариантов ответа, но он подошел к ней, обнял за плечи и поцеловал в лунном свете. Как всегда, Кейра ответила ему с восхитительной пылкостью. Но секунду спустя отстранилась от него.
— Тебе пора ехать, — напомнила она и, продолжая улыбаться, пошла прочь, исчезнув во тьме ночи.
Деклан покидал Эшвуд, думая о том, как Кейра пришла к нему сегодня, прекрасно понимая, что произойдет, и сколько смелости ей, должно быть, понадобилось, чтобы решиться на столь смелый шаг. Он представлял, как занимается с ней любовью в лунном свете, как они падают в благоухающие травы, как ее учащенное дыхание щекочет его ухо, как ее тело прижимается к нему.
Сегодня он взял у нее нечто бесценное, и то, что он забрал ее девственность, наполняло его чувствами, никогда доселе не испытываемыми, незнакомыми и тревожащими, каким-то образом грозящими его независимости.
Деклан в глубине души не хотел, чтобы Кейра покидала Эшвуд. Лучше бы она осталась, чтобы подарить ему удовольствие. А он бы познакомил ее с доселе не изведанными девушкой радостями любви. Но, как человек практичный, он понимал: то, что он чувствует, никогда не может стать основанием для женитьбы. Какая жестокая ирония! Обман Кейры свел их вместе, но он же и разлучит их. Она окажется в Ирландии, а он будет вдали от нее.