— Значит, ты находилась здесь, когда повесили мистера Скотта?
— А, ну да, само собой, — ответила она. — Я тогда была еще девчонкой, но шуму было много! Мой папаша видел, как его повесили. Помню, он принес нам тогда конфет. Их продавали прямо там, рядом с виселицей. Глупо, да?
— А что говорили о нем? О мистере Скотте?
Пенни пожала плечами.
— Да что о нем говорить? Вор он был, — безапелляционно заявила она и начала растирать коленку. — Слямзил драгоценности графини.
— Его в этом обвинили, но ведь камни так и не были обнаружены.
— Ну, говорили, что он зарыл их где-то в округе. — Она усмехнулась. — Мы с Джонни перерыли пол-Суссекса, пытаясь отыскать их.
— Неужели никто никогда не усомнился в его виновности? — спросил Деклан.
— Ну вот еще! — фыркнула Пенни. — Правда, Луи говорит, что мистер Скотт был честным, но он и сам тогда еще был желторотым — что он знает об этом, а?
— А кто это?
Пенни жеманно улыбнулась:
— Да лакей в Эшвуде. Он навещает меня время от времени. А вы что же, думали, я сохну только по вас, милорд? — поддразнила она.
Деклан похлопал ее по коленке.
— И что же рассказал тебе Луи?
— Ой, да не помню я в точности, — взмахнула рукой девушка. — Что какой-то там несчастный напоролся из-за этого на вилы.
Деклан поставил свою кружку, озадаченно взглянув на нее:
— Что ты имеешь в виду?
— Точно не знаю, милорд. Луи как-то сказал, что один парень в Эшвуде помер из-за того, что слишком много болтал. Запамятовала я, что еще он там говорил. Мы ведь встречаемся с ним не для того, чтоб молоть языками.
Какой-то слуга в Эшвуде знает ответ, который они так настойчиво ищут. Наивно было предполагать, что если Линфорд и миссис Торп не хотят говорить, то и никто не станет.
— Это важно, Пенни, поверь. Зачем Луи тебе это рассказывал?
— Ох, да из-за какой-то ерунды, — ответила девушка. — Мы смеялись над тем, как перекопали все вокруг, стараясь отыскать эти чертовы драгоценности. Без сна и отдыха. Все мечтали разбогатеть. Луи сказал: единственный человек, который заявлял что не верит в вину мистера Скотта, был однажды найден наколотым на вилы. Во какие страсти-мордасти!
Деклан внезапно встал.
— Куда это вы, милорд?
— Я должен поговорить с Луи, — сказал он и потянулся за своим кошельком. — Он по-прежнему служит лакеем в Эшвуде?
— Ага, там он… Но зачем говорить с ним о том старике? — Пенни фыркнула. — Других забот нет? Это ж когда было — сто лет назад почитай. Идите-ка лучше сюда. У меня есть кой-чего, что вам придется больше по нраву.
Деклан бросил на стол несколько монет, наклонился и чмокнул девушку в макушку.
— Спасибо, Пенни. Ты всегда точно знаешь, что сказать. — Он подмигнул ей и вышел.
— Благодарствую, милорд, — пробормотала та ему вслед, взяла монеты и сунула их за свой объемистый корсаж.
Дверь Деклану открыл дворецкий Линфорд. Он почтительно наклонил свою лысеющую голову:
— Ее милость чаевничает с дамами из Общества, милорд. Доложить ей, что вы пришли?
— Вообще-то я хотел бы вначале поговорить с Луи. Он здесь?
— Луи? — переспросил Линфорд, слегка нахмурившись. — Могу я спросить, милорд: он чем-то провинился?
— Ни в коей мере. Просто я подумал, он может ответить на один вопрос, который не дает мне покоя.
— Возможно, я могу помочь вам? — предложил дворецкий.
— Сомневаюсь! Я должен увидеть Луи.
Линфорду, судя по всему, это не очень понравилось, но он коротко кивнул Деклану, как и подобает вышколенному слуге.
— Не будете ли вы столь любезны подождать в комнате для приемов, милорд?
— Конечно, — отозвался он и прошел мимо старого дворецкого.
Прошло всего несколько минут, прежде чем вошел Луи с настороженным выражением лица. Он был примерно одного возраста с Декланом — стало быть, в тот год, когда повесили мистера Скотта, ему было лет шестнадцать-семнадцать. Взгляд лакея заметался по комнате, словно он ожидал, что вот-вот на него кто-то набросится.
— Милорд, вы меня звали?
Деклан прошел мимо него и закрыл дверь. Слуга уже не на шутку разволновался.
— Я буду краток, Луи, — сразу приступил к делу Деклан. — Что тебе известно о смерти мистера Скотта?
Тот непонимающе уставился на него.
— Мистер Джозеф Скотт. Его повесили пятнадцать лет назад за кражу драгоценностей графини. Что ты об этом знаешь?
Краска отхлынула от лица Луи. Он метнул испуганный взгляд на дверь.
— Ничего, милорд. Клянусь честью, ничего. Я был тогда еще зеленым юнцом и мало что понимал. Прошу прощения, но я прислуживаю графине. — Он шагнул было к двери, но Деклан преградил ему путь: