Мисс Нуаро присела на подиум рядом с ней.
Леди Глэдис подняла голову.
— Вы только притворяетесь моей подругой. Вам нужно, чтобы я заказала больше платьев у вас.
— Я пока никем не собираюсь притворяться, — возразила Леони. — Но мне действительно хочется, чтобы вы заказали как можно больше платьев. Разве в торговле бывает по-другому?
— Вы еще не поняли, что я могу вывести вас из дела? Весь Лондон говорит, что вы прибрали меня к рукам. Они уже держат пари на то, каков будет результат.
По правде говоря, из всех причин, которые могли бы заставить леди Глэдис вести себя так неразумно, эта не пришла в голову Леони в первую очередь. Вероятно, из-за того, что она отвлеклась на более важную проблему — маркиза Лисберна.
Однако подобному пари Леони вовсе не удивилась. Представители высшего общества — и мужчины, и женщины — участвовали в азартных инициативах, главным образом из скуки. Участвовали они или нет в пари, женщин все равно жутко интересовало, чем закончатся визиты леди Глэдис в «Модный дом Нуаро».
Леони это понимала. На самом деле это была одна из причин, которая толкнула ее к знакомству с леди Глэдис. Когда «Модный дом Нуаро» добьется того, что ее светлость появится в обществе полностью преображенной, весь столичный мир моды выстроится в очередь у его дверей.
Но ее светлость должна сотрудничать.
— Аристократы заключают пари на что угодно, — живо ответила Леони. — Естественно, у вас это вызывает досаду…
— В особенности когда мерзкая дочь леди Бартэм, не жалея сил, объясняет условия, — сказала леди Глэдис. — Не удивлюсь, если до вас уже дошло выражение «кошелка в шелках».
Леди Бартэм была ближайшей подругой леди Уорфорд — матери Клары и ее достойной конкуренткой в вопросе сплетен. Леони никогда не понимала, почему некоторые женщины делают своими подругами настоящих гадюк. Она не сомневалась, что одна из дочерей леди Бартэм — Альда — такая же ядовитая особа.
— Некоторые люди либо настолько невоспитанны и эгоистичны, либо ужасно несчастны, что делать больно другим доставляет им удовольствие, — заметила Леони. — Это ненормально, но таково общество. Самый лучший способ отплатить — рассмеяться или найти в этом какое-то удовольствие. Такое поведение поставит их в тупик и заставит мучиться. Достойная месть, на мой взгляд.
Леди Глэдис хмуро посмотрела на нее.
— И что в этом смешного? Скажите, почему мне нужно находить в этом удовольствие?
— А разве таким способом — обижая и делая вам больно — она не пытается лишить вас уверенности в себе? Может, она боится того, что вы станете ее конкуренткой.
В ответ Леони получила взгляд, в котором явно читался совет обратиться к врачу.
— Только представьте себе, — продолжала она. — Если вы похлопаете ее по руке и скажете: «О, моя дорогая, мне так жаль, что я огорчила тебя, но обещаю не уводить твоих ухажеров». Потом вы можете засмеяться. У вас такой очаровательный смех. А она отойдет от вас, расстроенная намного больше, чем вы.
— Очаровательный смех? — переспросила леди Глэдис. Отвернулась и стала разглядывать картинки с модами на противоположной стене.
— И вообще у вас чудесный голос. — Леони встала. — Пожалуйста, не пытайтесь быть похожей на вашу кузину. Из-за этого вы не замечаете собственных достоинств. Вы никогда не будете выглядеть так, как она. А у леди Клары никогда не будет вашего голоса.
— Это нас не уравнивает.
— Самая большая армия, пусть даже оснащенная лучшим образом, не всегда выигрывает сражение, — сказала мисс Нуаро. — Неужели ваш отец никогда не рассказывал, что для этого требуются еще ум и удача?
Чуть позже
В это время дня, когда светские модницы переодеваются для прогулки в Гайд-парке, лорд Лисберн рассчитывал, что в магазине будет относительно спокойно. Иначе он не взял бы с собой Суонтона. В магазине действительно было тихо. В демонстрационном зале несколько работниц восстанавливали порядок после ухода недавних клиенток. Они раскладывали ленты и безделушки по ящикам, заново расставляли товары в витринах, расправляли поля у шляпок, поправляли юбки на манекенах. Единственной клиенткой оставалась пожилая дама, которая все никак не могла решить, ленту какого оттенка коричневого цвета ей стоит купить.
Суонтон нервно расхаживал в дальнем конце зала, когда Мэри Парментер вернулась и предложила назначить встречу на другой раз.
— Они, должно быть, заняты с важной клиенткой, — сказал ему Лисберн. — Почему бы тебе не отправиться в «Уайтс»? В клуб женщин не пускают, и ты сможешь восстановить душевное равновесие с помощью бокала вина или виски.