Она уже хотела встать, но вспомнила, как Ульф напал на своего отца. И начертила на помосте перевернутую Наудр — даже не зная, поможет ли это оборотням. Все-таки альвийские чары действовали на звериную их часть, не человечью.
Надо было и на Ульфе нарисовать эту руну, пристыжено сверкнуло у нее в уме. Потом Света коснулась знака и начала вставать.
Кто-то быстро вздернул ее на ноги, подхватив сзади.
— Все? — торопливо спросила Света, не оборачиваясь к оборотням.
— Кто был со мной, все здесь, — рявкнул сзади Ингульф, перекрывая крики, звеневшие над городом.
И Света наконец выпустила руну Врат. Двумя руками растянула лоскутную гирлянду и схватилась за Урур, руну Дождя. Затем подумала — Локки мог бы очнуться, не мешай ему альвийский свет. Куль, валявшийся возле альвов, подмигнул зеленым бликом, напомнив Свете о рубахе Локки…
А еще нужна защита от альвийских шаров, мелькнуло у нее. Свет, вот оружие альвов?
Она поспешно нагнулась и грязным окровавленным пальцем начертила на помосте руну Кауна — но перевернутую, из руны Света ставшую руной Тьмы. Следом придавила знак ногой.
Над помостом сразу разлилась темнота. Только столб пламени на рыночной площади продолжал сиять, пробиваясь сквозь купол мрака, накрывший ворота. И призрачно отсвечивала по соседству тонкая колонна льда.
До альвов Ульф не допрыгнул. За пару шагов до них ударил лапами по настилу, и взвился вверх. В воздухе извернулся, телом зверя уже чувствуя зов альвийских дев…
Хальстейн был внизу. Прятался в круге альвов и альвиек, точно орех в тесте.
Он боится, что Свейта выйдет с руной Врат прямо к нему, сверкнуло в уме Ульфа. Вот и затесался в толпу.
А потом Ульф обернулся человеком. Даже сквозь крики его уши различили, как внизу звякает серебро. Альвы вскинули мечи…
И падая на них, Ульф ощутил, как замедляется время.
Вонь пожаров усилилась, распалась на сотни страшных запахов, прижегших ему ноздри. Пламя у ворот заревело, выдувая раскаленную песнь из гула и треска. Крики в городе взвились до воющего многоголосья, грозя расколоть небеса — но в Асгарде их, похоже, не слышали…
Асгард, вдруг подумал Ульф. Я там жил. Но там было другое имя, и кончилось все дикой болью.
В следующий миг Ульф беззубо улыбнулся, падая на альвов.
Убивая, асы называли меня Фенриром, пролетело у него в уме. А теперь за асами должок.
Только что отросшие когти звенькнули об сталь. Ударили по боковой стороне альвийских мечей, отбивая их — и открывая меж ними просвет. Там его ждала плоть альвов, вонявшая паршиво, сладенькой прелью. Пах закаленной сталью шлем одного и плечи двоих…
Ульф-Фенрир нырнул в промежуток между клинками, уже становясь зверем. Ощутил, как в брюхо ему вонзился альвийский меч.
Нарисованная Свейтой руна его не защитила — то ли с ним теперь такое колдовство не работало, то ли Хальстейн украсил альвов знаками, помогавшими в бою.
Но думать об этом было некогда. Фенрир уцепился за чей-то пояс и отпихнул альва, посмевшего его ранить — задней лапой вспоров тому живот вместе с кольчугой.
А затем он развернулся спущенной пружиной, взрезая когтями все, что подвернулось под лапы. Безглазую морду заляпала приторно-липкая альвийская кровь.
Круг, в который сбились светлые, защищая Хальстейна, сослужил им плохую службу. Волчьи когти за секунду дотянулись до многих.
Помост внезапно накрыла тьма, но зверь этого не заметил. В следующую секунду он обернулся человеком — и вцепился в край щита, торчавший из щели между ранеными альвийками. Навалился на него, опрокидывая альва, державшего щит, и Хальстейна, прижимавшего к нему ладони…
В шею Фенриру воткнулось что-то серебряное. Бока и бедра распороли лезвия мечей. Он еще успел отмахнуться одной рукой, но тут одна из альвиек вбила ему в спину нож из чистого серебра. И навалилось знакомое оцепенение.
Ульф-Фенрир, уже перетекая в зверя, сумел завалить Хальстейна на кого-то из альвов. Потом Фенрир ощутил, как по коже с шипением запрыгало пламя — загоревшееся само собой, без причины и без искры.
Боль сводила с ума, зато альвы сразу отшатнулись от огня. И в этот миг Фенрир выдрал у Хальстейна клок плоти из горла. Так же, как выдрал у Одина и Тора…
Сверху внезапно хлынул дождь, сбивая пламя.
Свейта, счастливо подумал Фенрир, уже оборачиваясь человеком. Затем услышал, как дружно прыгнули с той стороны помоста оборотни — ему на подмогу. Зазвенела сталь, утробно захлюпала плоть альвов, и крики светлых смешались с криками людей. А страшную боль в спине начала смывать вода.