— Я… Не знаю, — честно ответил он. А еще в очередной вспомнил, что означает смущение. — Ну, она красивая… Да и она меня, судя по всему, считает милым… Я не знаю — что может быть серьезного после суток знакомства?
— Тебе виднее, — Катя как-то загадочно смотрела на него, будто в чем-то проверяла.
— Слушай, я не спец в отношениях. Один раз встречался почти год с девушкой, но принимать это за какой-то опыт я бы не стал, ибо, ну, будем откровенными, год — это вообще ни о чем…
— Ты девственник? — вдруг спросила Катя.
— Что? Нет… Так, слушай… — окончательно растерялся Витя.
— Да ладно тебе, я тебя подкалываю, — рассмеялась Катя. — Ну так все же?
— Нет, — ответил Витя. — Можно уже о чем-нибудь другом поговорить?
— Ладно, ладно, хорошо, — Катя явно развеселилась.
— Какими ты тут судьбами-то? А то я вчера так и не спросил, — задал первый пришедший в голову вопрос Витя.
— Авария, — пожала плечами Катя. — Папа с управлением не справился немного. Ничего серьезного, но врачи рекомендовали немного все же побыть под наблюдением. Он тоже тут лежит, правда во взрослом отделении.
— А с Ирой что, не знаешь? — Витя вдруг понял, что он и правда о ней фактически ничего не знает. В этом была, конечно, не целиком его вина, ибо до вечера он вообще порой ненароком думал, что она немая.
— Если бы, — ответила Катя. — Я у нее спрашивала, но она молчит. Но она тут давно уже. Я когда поступила — она уже здесь была.
«Девочка-загадка, блин», — выругался про себя Витя.
В столовую, проклиная все на свете, приполз Андрей.
— Витек, чего у нас на завтрак?
— Друг, бутерброды с какао. Я еще видел рисовую кашу, пальчики оближешь, — иронично ответил Витя.
Андрей с ужасом уставился на повариху, которая ответила ему таким же недовольным взглядом.
— Как же я теперь обожаю университетскую столовку, — буркнул он.
После, с позволения сказать, завтрака, Витя первым делом нырнул в женскую палату. Ира уже проснулась, но вставать пока не собиралась.
— Доброе утро, красавица, — заулыбался Витя.
— Доброе, — потянувшись, с такой же улыбкой ответила ему Ира. — Как ночь прошла?
— Могло быть и лучше, — ответил Витя, присаживаясь к ней. В свете утренних лучей она чем-то напоминала ему ангела. Витя еще раз убедился, что его зацикленность на Насте была полным бредом. В мире существуют девушки куда лучше. И одна из таких была совсем рядом с ним. Витя решил слегка обнаглеть и лег рядом с ней, обняв ее. Ира мило улыбнулась и также приобняла его.
Откуда-то Витя услышал знакомые мотивы одной песни. «I’m falling for your love! I’m falling, falling…».
— Всегда нравилась эта песня, честно говоря, — мечтательно сказал он.
— Какая? — не поняла Ира.
— Ну… «Fallin’». Не слышишь разве?
— Честно говоря, нет, — задумчиво ответила Ира.
Витя понял, что, скорее всего, песня играла где-то далеко, что человеческий слух просто не в состоянии ее услышать из точки, где он находился. Заметка — нужно быть осторожнее. Как бы его способности не поставили бы его однажды в неловкое положение.
— Ладно, проехали, — мягко соскочить было сейчас лучшим решением. — Слушай, Ир… Вчера мы все обо мне, да обо мне… Я же ведь о тебе почти ничего не знаю…
— Что не мешает нам лежать в обнимку, — отметила Ира с добродушной усмешкой.
— Не, подожди, одно другому не… Ладно, фигню сказал… Ира! — возмутился Витя, второй раз меньше чем за полчаса покрываясь пунцом.
— Забавный ты, — улыбнулась Ира, нежно проведя рукой по его щеке. — Ладно, спрашивай, постараюсь отвечать предельно честно.
— Как ты здесь оказалась? — спросил Витя абсолютно без задней мысли. О чем пожалел в ту же секунду. Он увидел на ее глазах начинающиеся слезы, да и улыбка с ее лица исчезла в ту же секунду.
— Не уверена, что готова это рассказать…
— Слушай, — быстро начал Витя, поняв, что затронул у нее какие-то очень личные струны души. — Если ты не хочешь говорить, то не надо, я не настаиваю.
— Нет-нет, мне стоит рассказать… Тебе стоит. Ты единственный, кто поймет, — прошептала она, прижимаясь к Вите всем телом, что у того пошли мурашки. — Спасибо, что ты рядом.
Витя замялся. В его воображении мигом всплыла картина, как они встречаются после выписки. Как он дарит ей цветы, видит ее улыбку… Нечто в груди при этом довольно заурчало, будто всецело поддерживало эту перспективу. Но все же что-то также и не давало проникнуться этой картиной полностью. Витя будто чувствовал, что что-то пойдет не так. И это ставило крест на том, чтобы полностью поддаться эмоциям. Он не мог этого объяснить.