— Нет, поэтому и хочу сейчас подучить, — довольно ответил Витя и демонстративно вернулся к чтению.
— Ага, и именно сегодня в тебе вдруг проснется математический гений, и ты железно выучишь всю эту фигню за сутки. Кого обмануть-то хочешь? Будто я еще вчера не понял истинную причину того, почему ты решил отморозиться, — слегка раздраженно сообщил Сережа.
— О, и что же это может быть за причина? — Витя честно старался придать голосу нотки недоумения, хотя все было до боли очевидно.
— Ну, знаешь, такая русая, сероглазая, — продолжил Сережа, наигранно растягивая слоги.
— Нет! — быстро замотал головой Витя. — Нет, нет и еще раз нет!
— Врешь, — ехидно заметил Сережа.
— Серег, прекращай, — Витя даже как-то посуровел. — Я не собираюсь в сотый раз повторять, что все уже давно в прошлом. Я остыл. Хватит мне об этом постоянно напоминать.
— Ну, так в чем тогда проблема?
Витя раздраженно закрыл учебник. Все, что он говорил было полнейшей ложью. Хотя сам он и старался это отрицать всеми фибрами души. Да, желание наконец взяться за ум было не единственной причиной, по которой он не особо стремился сейчас к Насте. Полтора года он усиленно ее избегал. Насколько вообще возможно избегать человека, которого каждый день видишь в школе. В одном классе.
Настя не только жила в богатой семье, она была еще и потрясающе красива. Низенькая, с хорошей фигурой, русыми и длинными по пояс волосами, и серыми глазами, где, по Витиному мнению, все еще играла некоторая наивность и детскость. Не влюбиться в нее было просто невозможно. Вот и он не смог. Дело было еще в девятом классе. Витя сам не ожидал, что все получится именно так. Все это время они были просто хорошими друзьями. Он часто помогал ей с английским, чем заслужил ее искренне восхищение. В Белоомутске мало кто настолько капитально занимался изучением иностранного языка. Они болтали по телефону вечерами, периодически ходили гулять после школы. И в один прекрасный день у Вити что-то щелкнуло. И он, с каплей стеснения, но все же и с уверенностью в себе, предложил ей встречаться.
Она не стала кривиться или смотреть на него, как на сумасшедшего, нет. Она просто печально улыбнулась, взяла его за руку и сказала, что он безумно ей нравится как человек, но парня она в нем не видит. Витя постарался изобразить безразличие, но когда пришел домой, то разрыдался как ребенок. И это в пятнадцать-то лет. Вот такая она — первая любовь.
С тех пор утекло много воды. Витя тем же летом познакомился с другой девушкой, они встречались почти год, но чувства к Насте так и не утихли. Что и послужило причиной их благополучного расставания. Ведь где-то в глубине души Витя все еще надеялся на взаимность с ее стороны.
— Ни в чем, — буркнул Витя.
— До конца жизни будешь из-за Насти киснуть? — спросил Сережа. — Она того не стоит.
— Без тебя знаю, — вздохнул Витя.
— Тогда собирайся, — улыбнулся Сережа. — Я тебя жду.
— Куда «собирайся»? — внезапно вклинился в их разговор Витин отец, Константин Геннадьевич.
— Папа! — возмутился Витя. — Опять подслушивал?
— Здравствуйте, дядя Кость, — помахал рукой Сережа.
— Привет, Сереж, — кивнул Константин. — И нет, Вить, я не подслушивал. Случайно услышал. Так куда вы собрались?
— К нашей однокласснице в гости, — Сережа не дал Вите даже рта открыть. — У нее родители уехали, она и решила наш класс собрать. VIP-вечеринка, так сказать. Но, конечно, без спиртного. Все в рамках приличия.
— Ну, я сделаю вид, что не распознал эту неумелую ложь, хотя дело даже не в том, что вы там будете пить. Факт комендантского часа никого из вас двоих не смущает?
— Нет! — хором отозвались Сережа с Витей.
— А вот очень зря, — Константин был как никогда серьезен. — Шесть трупов меньше чем за месяц это все-таки уже не шутки.
— Семь, — поправил Константина Сережа. — Вы про собаку забыли.
— Сереж, не смешно. Я вообще удивлен, как Наташа тебя отпустила. Уж ей-то не знать, что у нас сейчас, увы, происходит.
— Так она меня пока и не отпустила, — цокнул языком Сережа. — Сказала, что если Витю отпустят, то я тоже смогу пойти…
— Ты серьезно? — вздохнул Витя.
— Ребят, я хочу вас отпустить, правда, — смягчился Константин. — Но… Неизвестно еще во сколько вы будете возвращаться и…
— Мы там останемся, — внезапно перебил отца Витя, уловив при этом победоносный взгляд Сережи. У Вити откуда-то возникло стойкое ощущение, что сегодняшний вечер все изменит. И пусть он еще для приличия колебался, но глубоко внутри для себя уже все решил. Ведь правда, что он теряет, если согласится? Ровным счетом ничего. А вот что-то приобрести — вполне себе как вариант.