Витя был куда более сдержан в этом отношении. В литературных предпочтениях он больше склонялся к чему-то приближенному к реальности. Хотя и научную фантастику также уважал как жанр. Но в основном его книжный шкаф был наполнен поэзией разных стран мира, отечественной и иностранной публицистикой и, конечно же, огромным количеством медицинской литературы. Да и сам он по своей природе был более замкнутый. Сережино легкомыслие порой выводило его из колеи, но лишь на некоторое время. Потому что все приключения, которые зарабатывал Сережа, приходилось, в том числе, разгребать и ему. А там уж волей-неволей привыкнешь.
Именно Сережина поддержка помогла ему в свое время хоть как-то отвлечься от Насти. Сережа находил силы помогать своему другу даже в тот момент, когда его родители разводились. Сережа переживал этот развод, но все равно был рядом с Витей. Тот в долгу не оставался и всеми силами пытался так же не дать Сереже окончательно удариться в депрессию. Вдвоем они справились тогда. Справятся и сейчас, какие бы дальше испытания не преподнесла им судьба. Вите даже было стыдно за то, что он думал, что Сережа перестанет с ним общаться после произошедшего. Но тут уж чистые эмоции — когда ссоришься с близким человеком, то всегда начинаешь накручивать. Каким бы рационалистом ты не был.
— А ты до этого превращался? — Сережа все заваливал Витю вопросами по дороге в школу.
— Ну как сказать — частично. Помнишь того здоровяка в больнице? Он мне угрожал и я, видимо, под давлением, немножко потерял самоконтроль. Но у меня тогда только клыки вылезли, в отличии от вчерашнего… Слушай, а на что это было похоже?
— Жуткое зрелище, — Сережу аж передернуло. — У тебя такая морда была… Даже не совсем волчья. Что-то среднее между человеком и волком. У волков морды узкие и длинные, а у тебя она как будто была притуплена что ли. Чем-то мне напомнило больше стаффордширского терьера, а не волка. В принципе, я думаю, что это объясняется анатомическим строением черепов homo sapiens и canis lupus. Если рассматривать факт того, что физиологические изменения костей возможны в принципе, то череп человека не сможет полностью превратиться в волчий, иначе черепная коробка просто раздавит мозг. Таким образом, природе пришлось искать среднее арифметическое.
— Думаешь, что это природа постаралась, а не высшие силы? — спросил Витя.
— Друг, то, что оборотни внезапно оказались не выдумкой, еще не означает, что теперь любая мифическая хрень имеет право на существование. Ты не хуже меня знаешь, что любое явление стоит разбирать при помощи научного метода. Факты, друг мой, факты! Наука не может знать все, но она может все объяснить. Это уж наверняка. При соответствующих исследованиях мы сможем углубиться в эту проблему, делать выводы, изучать, прости за прямоту, тебя. Вдруг в оборотничестве — ключ к лекарству от той же онкологии, например! Анализ крови, тканей…
— Так, ты чего-то разошелся, — притормозил Сережу Витя. — Мы с тобой еще даже ЕГЭ не сдали, а ты уже себя с Нобелевской премией, смотрю, увидел. И не стыдно тебе лучшего друга использовать в корыстных целях?
— Вить, да Бог с тобой, не собирался я даже… — смутился Сережа.
— Да я прикалываюсь, ну, — улыбнулся Витя.
— Смешно, да, — пробурчал Сережа. — Ты, кстати, готов?
— К чему?
— Ну как же, ты теперь школьная звезда на ближайший месяц! Сейчас все будут с тобой нянчиться, это же очевидно.
— Ох, избавь меня, — обреченно вздохнул Витя.
Но от этого никуда было не деться. Как Витя осознал — если выжил после встречи с оборотнем, то готовься получать овации. Пусть даже для всех это и был обычный волк. Когда друзья зашли в школу, то все сидевшие на вахте мигом притихли и уставились на них. Вите пришлось стыдливо опустить глаза в пол и неуверенно пробормотать что-то из разряда «Ну, здрасьте, как говорится». Тут же его окружила толпа учеников, которым было прям срочно надо воочию увидеть выжившего. Учителям только и оставалось, что всех разгонять, при этом тактично намекая, что доставать человека по крайней мере невежливо.
— Какой у нас урок? — тихо спросил Витя у Сережи.
— Русский, — ответил он, сам явно малясь офигев от наплывшего потока интересующихся. — Пойдем в кабинет быстрее, а то нас тут живьем съедят. Знаешь, чувствую себя каким-то телохранителем.
В кабинете хоть и было поспокойнее, но, поскольку там уже почти собрался весь класс, то незаметно Вите вклиниться не удалось. Он не успел даже полностью пройти за порог, как почти все одноклассники, коих ни много, ни мало двадцать шесть человек, кинулись к нему. Вика тут же бросилась к нему на шею. На секунду Витя даже оторопел от того, что в такой хрупкой девушке может быть столько силы.