Лежу тихо, может, имитация обиженности как-то его успокоит? Хотя не особо на это надеюсь, с таким, как он, на уступки и можно не надеяться.
- Знаешь что?! - чувствую, что стоит за спиной.
- Нет! - пробурчала и не повернулась. Слышу его тон, уступать он не намерен.
- Облезешь! - меня это даже не удивило! - Твоим личным уголком будет вот это кровать! - схватил за край подушки и выдернул из-под моей головы. Грубо и жестоко!
- Эй! - голова с грохотом падает на пустое место. - Мне больно! - хотя ни капли от обиды, пытаюсь давить на жалость.
- Переживешь! - бросает подушку на пол и плюхается туда же.
Вот клоун! И что этим он хочет сказать, что я такая скотина выселила его с кровати? Лежит на подушке с закрытыми глазами. Лунный свет падает на него, и вижу, как веки нервно дергаются. Злится, нервничает, но упорно молчит.
- Я могу спать на диване! - подвигаюсь к краю, чтоб лучше видеть его.
- Умолкни! - прорычал и повернулся спиной ко мне. - Дай мне уснуть сегодня, наконец! - пробурчал, закинул руку за голову и больше не шевелился.
Лежу молча, а уснуть не могу. Не по себе на душе после всей этой ситуации, а звать обратно не хочу! Мысли разные начинают нагнетать, это тишина сведет меня в могилу. Образ Джэксона перед глазами, как же низко я пала - отчаянно тянусь к нему, целую, а он не реагирует. Вешаюсь ему на шею уже не в первый раз! Отобрал подарок и не вернул, он точно решил окончательно разорвать отношения. Я клянусь, что больше ни шагну в его сторону, ни посмотрю в его карие глаза и первая не заговорю! Пропади все пропадом, буду тихо жить, рожу малышей и, если останусь жива, то… И тут мысли упираются в тупик, что же дальше? Не могу его отпустить, не представляю жизнь без его присутствия! Еще и минуты не прошло, а я уже нарушаю клятву, которую дала сама себе. Не могу и не хочу без него, но я не его и детей ношу не его, неудивительно, что он меня сторонится.
Вздыхаю глубоко и чувствую, как сосет желудок. Тошнит до головокружения, неприятный привкус поднимается вверх по горлу. Кушать хочется, но снова лезть к Робэрто не хочу. Только стоит вымолвить его имя, он начинает кусаться. Нужно как-то дотянуть до утра, а там гляди, и на завтрак позовут сами?
Зажмуриваю глаза, пытаюсь думать о чем-нибудь, но представляю большой кусок жареного мяса. Блин, мне кажется, что я чувствую его запах! Я так больше не могу!
- Робэрто, - снова подползаю к краю. - Ты спишь? - тяну руку, чтоб толкнуть в плечо.
- Не трогай меня! - рыкнул через плечо.
- Злюка! - обидно до слёз. Так я и думала, что он снова будет ворчать.
Лежу и глотаю подкативший комок к горлу. Никогда не было так невыносимо голодно, наверно, это все из-за моей беременности.
- Я умираю, - заныла капризно.
- Со скуки, что ли? - судя по голосу, он и не засыпал.
- С голоду! - свисаю к нему головой.
- Сейчас принесу что-нибудь! - быстро встал. Ну, хоть это на него подействовало.
- Я хочу с тобой! - тут же цепляюсь. - Или мне нельзя покидать мое укромное местечко? – усмехаюсь, уже не вспомнив о предыдущей ссоре. Обида мгновенно позабылась, когда впереди намечается трапеза ужина.
- Будешь падать, ловить не буду! - включает свет в комнате.
- Согласна! - щурю глаза от яркого света.
- И сними уже, наконец, этот халат! - окидывает неприятным взглядом с ног до головы.
- А где вообще мой чемодан? - кручу головой, вроде, еще вчера был в комнате.
- На, вот это надень! - кидает мне мой кремовый сарафан. - Вроде тоже твое.
Я была именно в этом, когда проводили последнее свидание. Затем на утро проснулась у себя в постели обнаженная. Мне казалось, что оно осталось в лесу, а он, оказывается, его подобрал потом.
- Чемодан убрал, завтра достану, разберешь потом, - сдержанно смотрит на меня. – Можешь весь первый отдел комода занимать, он уже как два месяца освобожден для тебя! – недовольно проакцентировал, так что не по себе стало.
Не верится, что он был освобожден для меня ещё два месяца назад. Хотя кто знает, Робэрто переменчив, как погода! А может он действительно не планировал пропадать после той ночи? Хотел сойтись и меня забрать? Что теперь гадать, все отношения испорчены. С трудом смотрим друг на друга, если бы не эта беременность, не было бы нужды теперь несносные характеры друг друга.
- Ясно, - пожимаю плечами, самой порядком достал этот халат. - Отвернись! – по привычке.
- Чего я там не видел? - недовольно вздернул бровь.
Я промолчала, отвернулась сама и сняла халат. Снова спорить - сил нет. Стоя к нему спиной, надела свой сарафан на бретельках, взяла халат и сунула ему в руки.
- Спасибо, - тихо шепнула.
Эта тяжелая вещь два дня прикрывала мою наготу, прошла со мной через огонь и воду. Считаю, что должна быть элементарная благодарность, к вещи или к хозяину.
- Ты пойдешь без майки? – мимо прошла, не посмотрев на него.
- Главное, что не без штанов! – огрызнулся, бросил халат на кресло и вышел следом.
И как нам жить вместе все девять месяцев или даже семь, если верить обещанию Джэксона? Элементарный диалог зависти не можем, чтоб не поругаться! А как раньше мы встречались каждую ночь, играли, бесились? Души в нем не чаяла – скучаю по тем временам! Ну, если исходить из того момента, что он был в образе волка и чаще молчал. Вот отсюда и вывод, молчаливее он мне нравиться больше. Не зря в народе говорят: «Молчание – золото!», а мое золото идет и ворчит что-то непонятное, или просто я летаю в своих мыслях.
- С чего начнем? – отрыл холодильник и заговорил сам с собой.
Я села на крутящийся стульчик за высокий и узкий стол, который в длину пять метров тянулся до Робэрто. Тошнота не проходит, голова побаливает и кружится, но терпимо.
- Вот что ты там три часа копаешься? – утыкаюсь в свои ладони. - Меня тошнит!
- А я-то тут причем? – выглянул из-за двери холодильника и недовольно посмотрел.
- Действительно! Ты вообще тут не причем! – так же недовольно озвучила.
- Ладно, не ворчи, - начал доставать с холодильника блюда с едой, все аккуратно упакованы пищевой пленкой.
- Это я-то ворчу? - вывожу узоры пальцем по мраморному покрытию стола. – Вот с тобой точно в старости будет целая проблема находиться в одной комнате. Не удивлюсь, если твои дети определят тебя в престарелый дом, – слежу за его действиями – неумелый повар на кухне.
- Что, всё так плохо? – тарелку с едой ставит в микроволновку и разогревает.
- Ага, - киваю устало.
- Вот чертовка! Хоть бы для приличия сказала, что нет! – достает разогретый ужин, ставит передо мной.
- А ты? – киваю на еду.
- Начинай, - передает вилку. - А я, может, подтянусь потом. Не люблю разогретую еду, - кинул невкусный взгляд на разогретое мясо.
- Я тоже, - убираю пленку и пытаюсь смотреть на красиво выложенное блюдо позитивно.
Садиться рядом и смотрит на меня. Взгляд уже не такой раздраженный, наверно задело, что назвала его несносным. Ковыряюсь вилкой в тарелке, меня выворачивает не на шутку, еще мгновение и начнутся рвотные позывы, а на голодный желудок это очень болезненно.
- Я не могу! – отодвигаю тарелку и устало опускаю голову, лбом упираюсь о край стола.
- Ты даже не попробовала?
- Хочу есть, безумно хочу, но от него идет специфический запах и…
- Вроде, свежее и приправ нет! – подносит тарелку к носу. – Сейчас ещё что-нибудь поищу. – встал и снова начал рыться в холодильнике.
Сажусь ровно и дальше ставлю тарелку, чтоб не так нервировала. Так хотела кушать, чуть не взвыла, отчаялась разбудить Робэрто, хотя он и не спал, а теперь не могу смотреть на еду. Что за наказание такое? Полу-обнаженный блондин с шикарной фигурой стоит напротив холодильника и перечисляет, все что видит. Чтобы не назвал, меня начинает выворачивать при одном название. Наверно, это и есть загадочный токсикоз, про который все так эмоционально рассказывают.
- А есть что-нибудь не жирное или приготовленное на пару? – еле сижу от бессилия.
- Нет! – смотрит как-то странно на меня. – Давай тогда суп приготовим, - достал брикет со свежим мясом и поставил на стол. – Вот только придется подождать!