- Эмили, довольно! – зажимает указательным пальцем губы, облокачиваясь на руку.
- Как скажите, хотя вы сами начали, - пожимаю плечами, улыбаясь, смотрю на него.
- Может, уже хватит? – вижу, как его начинает это раздражать. - Эмили, что тебя привело на этот раз? – умело меняет тему.
- Даже не знаю, как сказать или с чего начать, - глубоко вздыхаю, снова чувствуя горечь своего положения.
- Дай угадаю, - в изнеможении закатил глаза. - Снова Стив Берн?
- Нет, - мотнув головой, опустила взгляд, пряча от его оценивающего. – Всё, что наболело, ещё с утра высказала о нём, - тихо шепнула.
- Передумала о встрече с отцом? – снова пытается угадать.
- Нет, я не передумала! – видеть его я точно не хочу.
- Наверно, сегодня не мой день, второй раз и не угадать тебя! Ну не в любви же ты пришла мне признаваться? – шутливо рассмеялся.
- Нет! – смеюсь ему в ответ.
Смотрит на меня добрым взглядом, несмотря на то, что утром был ещё зол.
- Ладно, поднимаю белый флаг. Давай ты, - смотрит прямо в глаза, что обескураживает.
- Хотела спросить, когда проходит полное обследование моего психологического состояния, за кем идет…
- Последнее слово? – договорил.
- За лечащим врачом? – вопрос к вопросу.
- Вы же мой лечащий врач? – смотрю в его карие глаза и пытаюсь уловить хоть какую-то реакцию.
- Да, врач я, но иногда дело может быть вовсе не во мне, а в…
- Во мне? – перебивая, договариваю.
- Нет! В твоих родителях! – мне казалось, что он сейчас всё спихнет на меня. – Эмили, пойми. Это не тюрьма - это больница, здесь людям пытаются помочь, а не навредить! – мне показалось или он действительно повернул тему в другую сторону.
- Подождите, подождите, а причем здесь мои родители? – возвращаю его обратно.
- Заявление поступило от твоих родителей…
- Они же его отозвали!
Он смотрит на меня и с сожалением мотает головой, давая понять, что они ничего не отзывали. Тело стало каким-то ватным, воздуха не хватает. Обидно и больно, самые родные, а с тобой, как с врагом.
- Мне почти восемнадцать, они уже не вправе решать мою жизнь! - еле выговорила, пытаясь скрыть сдавленный голос.
- Через месяц восемнадцать, Эмили, - уточнил, будто я не знаю. – Как раз подходит конец второго срока твоего лечения.
- И меня выпустят только через месяц? – он кивнул головой в ответ. - И вы подтвердите мою полную вменяемость? – он снова кивнул, словно скрывая важные ответы от чужих ушей. – Ответите честно? – смотрю на него, прищурившись, если честно, то не особо доверяю ему.
- Дать клятву Гиппократа? – хитро сверкнул взглядом.
- Вы сами считает меня нормальной? – смотрю в глаза, пытаюсь выловить все их движения, если вдруг он решит уйти от ответа.
- Для этого у меня есть ещё целый месяц, Эмили.
- Ну конечно, - усмехаюсь. - Как я могла рассчитывать на иной ответ! - по телу пробежали раздражающие мурашки.
- Всего лишь месяц, - снова откинулся на спинку, склонил голову на бок и странно покосился.
Я уже где-то видела такой взгляд с привычкой наклонять голову на бок. Сердце забилось тревожно, в душе пробежал холодок. Сладкие воспоминания, приятные, но очень далекие и уже не реальные.
- Мне не пережить этот месяц, - произнесла беззвучно.
- Месяц - это не так много, - тут же мне в ответ.
- Что? – это он сказал на мои слова?
Он не мог их услышать? Или я снова начинаю гнать или у него сверхъестественный слух?!
- Говорю, если хочешь, можем вместе отпраздновать твои день рождения? С меня торт? Шоколадный? – какой-то он сегодня странный. – Ты же любишь сладкое?
- Справлять будем здесь, у вас в кабинете? – пытаюсь подловить его на неуместном разговоре о моем дне рождении.
- Я бы пригласил тебя к себе домой, но… – и засмеялся.
- Надеюсь, вы всех свои пациентов приглашаете к себе домой на их дни рождения! – смотрю на его довольный смех, меня это бесит.
- С ума не сходи! Что было бы, если бы я всех приглашал?! – либо у него хорошее настроение, либо он решил меня достать!
- Действительно…
- Я так по дружбе, - сказал так внезапно и просто, если бы я его не знала, то сразу растаяла. - Мы же друзья? – точно какой-то подозрительный, аж пугает.
- Хм… Доктор и умалишенная – закадычные друзья! – усмехаемся тихо друг другу.
- Отличная парочка! - Таблеток каких наглотался здесь у себя? Зрачки становятся темнее или просто расширены?
- Ага, не буду больше вас задерживать, - встаю со стула. – Вам, наверно, домой уже пора?
- Я провожу, - встает следом.
- Не стоит! – смотрю на него с недоверием. - Вы же мне доверяете? Не так ли, друг? – пытаюсь улыбаться.
- Конечно, - снова плюхнулся в кресло. - Даже если это не по правилам!
- Спасибо, - он делает мне исключение?
- Эмили, - одергивает, только хотела выйти.
- А? – стою за дверью и жду.
- Мне жаль, что так вышло с твоими родителями, - кинул понимающий взгляд. Смотрю на него, а язык так и чешется спросить ещё кое о чем.
- Прошений тоже не было?
- Ни одного, - тихо шепнул, - мне жаль.
- Мне тоже, - натянула улыбку. - Удачных выходных!
- Спасибо.
Лежу на кровати и смотрю на небо сквозь решетки. А ещё говорит, что это не тюрьма. Самая что ни есть настоящая!
В темном небе ярко светит полная луна, освещая весь больничный двор. Напоминая мне о той ночи в лесу, эти ощущения я переживаю снова и снова в своих снах. Мой первый и единственный поцелуй был таким нежным, горячим и волнительным, как хочется ощутить его снова.
Тяжелые и медленные шаги приближаются к моей двери. С каждым шагом я вздрагиваю под одеялом, сжимаю ладони в кулаки. Может быть, это покажется наивностью, но в такие моменты в голове всплывают последние слова черного волка: «Всегда тебя жду!». Наверно они это мне никак не помогает, а только усугубляет мое психологическое состояние, так как иногда верю, что вот он придет и спасет меня. Снова я про сказку, которой в реальной жизни не бывает. Прошло уже много времени, скорее он больше не приходит на ту поляну, но все же воспоминания дают мне силы держаться.
- Эмили, - похотливый голос в щелку моей двери.
Вздрагиваю, пытаюсь дышать ровно, но не получается – нервы бьют через край.
- Тебя не было на моем обходе, - какой же он омерзительный! – Я соскучился, моя дурочка, - захлопывает дверь за собой.
От хлопка веки дрогнули, и я открыла глаза. Квадратная прическа, маленькие похотливые глаза и дебильная улыбка – Стив надвигается на меня.
Я же так просила Джэксона не давать ему ключ от моей палаты. Как он мог взять и так подло поступить, мне казалось, что он верит мне. И почему я всегда в людях пытаюсь видеть хорошее, верить и надеяться на то, чего нет на самом деле?!
- Прятаться бесполезно! – резко откидывает одеяло в сторону. – Ку-ку… - если бы не решетки, я бы скорее выпрыгнула из окна, чем стала участвовать в его извращенных играх.
Схватил меня за ноги и потащил вниз, ближе к себе, пытается навалиться.
- Пошел вон, урод! – высвободила одну ногу и заехала ему по морде. – Да чтоб ты сдох, Стив! – снова удар, но и на это раз он даже не пошатнулся – туша!
- Сучка! – искры из глаз, громкая пощечина.
- А-а-а, - ещё один удар, сел сверху. Скрутил мне руки, собою зажал ноги. Тяжелый, гад, не пошевелиться – шансов ноль против этого бугая.
- Так-то лучше, - нервно дышит мне в лицо. - Что у нас здесь? – поднимает больничную рубашку и ведет рукой по бедру.
- Стив, пожалуйста, - слезы брызнули из глаз. – Не трогай меня, - зажмуриваюсь, чтоб не видеть его довольное лицо.
Лапает, возбужденно дышит мне в ухо. Тело сковывает и трясет. Чувствую, что мне скоро придет конец, эту ночь не пережить – сил нет бороться с ним. Не так представляла я свой первый раз, не Стива видела в своих фантазиях. Всегда думала, это будет желанно и незабываемо. Как раз про незабываемо, эту ночь я забыть не смогу!
- Если не будешь брыкаться, - чуть ли слюной не брызгает, - то тебе понравится, - больно кольнуло в области груди, вздохнуть не могу.
Открываю глаза и смотрю в окно на луну. Слезы стекают по вискам, не чувствую своих конечностей. Где ты, волчонок?! Почему все выходит именно так!? Небесное светило смотрит на меня и словно плачет вместе со мной.