Он сам переехал одним из первых на новое место, потому что давно хотел жить на земле, а не в пыльном городе. О матери будет заботиться, холить и лелеять. Нина может больше ни о чем не переживать, теперь в их доме появился мужчина.
— Если заявится бывший муж, — с ухмылкой пообещал Семен Васильевич, — я с удовольствием избавлю его от зубов.
Краснов поделился, что не ожидал встретить истинную пару и ужасно рад данному обстоятельству.
— А что такое истинная пара?
— Единственная. Избранная. Созданная лишь для меня, — красиво и поэтично изъяснялся оборотень. Нина даже успела позавидовать матери. Действительно, чудо встретить мужчину, который будет заботиться, не предаст и не изменит. Подумаешь, иногда покрывается шерстью? Это так, житейские пустяки!
— И тебя это не смущает? — неожиданно спросил Семен Васильевич.
— Ничуть. Я бы очень хотела быть на месте матери, — пьяно призналась молодая особа.
Проговорили они долго… почти до самого возвращения Зои Павловны с работы. Не сказать, что женщина была рада тому, что ее жених просвятил дочь по поводу существования оборотней. Но она смирилась, когда узнала о том, как мужественно и спокойно дочь восприняла информацию о иных расах. Сама она долго кричала и сначала долго бегала от жениха, а потом за женихом… со сковородкой.
Новый год они встречали в тесном семейном кругу, неизменной частью которого стал Семен Васильевич. А на Рождество в стаю приехал Михаил Ставридов… но это уже другая история.
Доказательство любви
Глава 1
Я проснулась от того, что кто-то уткнулся чем-то влажным в мою щеку. Проснулась, но продолжала лежать с закрытыми глазами. Выжидала.
Если я скажу, что за последние полтора месяца мои мысли не претерпели серьезных перемен, совру. Совру нагло. С тех пор как я умудрилась познакомиться с Мишей и оказаться истинной парой оборотня, к тому же не простого, а самого главного… очень многое в моем личном мирке основательно поменялось. Вот и мысленный процесс не стал исключением. Мысли стали озабоченными и весьма пошлыми.
Неожиданно меня лизнули. Мокрый шершавый язык прошелся вдоль моего лица, а огромная и тяжелая лапа плюхнулась прямо на плечо, попутно сильно придавив грудь. Это наглое животное не только придавило меня к постели, но и довольно засопело.
Не поняла!
Мне в нос ударил резкий, несколько неприятный запах. Пришлось все же нехотя открыть глаза и попытаться избавиться от этой массивной туши. Но смогла лишь частично повернуться. Перед моим взором предстала волчья окровавленная морда.
— Миша, — я схватила свободной рукой волка за ухо и чуть поняла. Так, конечно, нельзя было поступать с дикими животными… особенно с оборотнями… но этот экземпляр был прирученным, можно сказать ручным. — Миша?
Я заволновалась, пытаясь понять его эта кровь или он опять посреди ночи решил поохотиться. Почему-то у моего драгоценного была нехорошая привычка, больше присущая лисам из сказок — залезать по ночам в курятник и гонять несчастных птичек. А потом сокрушаться, почему бедные несушки больше не несутся. Я только смеялась над удрученным выражением лица своего нового мужчины, когда он рассуждал на эту тему.
Потянула за ухо чуть сильнее. Волк недовольно рыкнул, но приоткрыл глаза.
— Миша, лапу убрал, — строго произнесла, призывая расшалившегося оборотня к порядку. Сколько раз просила не забираться в постель в животном обличии. Ведь шерсть ничем потом не выведешь. Я даже заказала на Али Экспресс специальную перчатку для вычесывания собак и кошек. Она еще не пришла. А я там мечтала презентовать ему ее на двадцать третье февраля, чтобы отыграться за многочисленные шуточки и розыгрыши, которые мне доводилось постоянно терпеть.
Наглый волк вместо того, чтобы послушаться, просто передвинул лапу и водрузил на меня вторую. Вот теперь стало совсем тяжело.
— Ты охамел? — теперь я даже не могла пошевелить верхней частью туловища. — А ну, слезай с меня немедленно, иначе будешь ночевать на диване до следующего полнолуния, — полнолуние должно было наступить через два дня, но отлучить от постели этого мужчину даже на полдня означало для него физические муки и душевные терзания.
Он снова лизнул меня шершавым языком на этот раз в шею, где красовалась его метка, и, наконец, убрал лапы. Видимо, страшная угроза подействовала.
— А теперь оборачивайся и объясни, что опять сотворил? — я села и тут же заорала, когда мой взгляд скользнул по постели. — А-а!!!
Взгляд выхватил что-то меховое и окровавленное. Меховое и окровавленное в МОЕЙ ПОСТЕЛИ!!!