Совхоз имени Е.Б.Ленина профилировался на говне. Сюда со всех концов необъятной державы стекались сотни тонн говна ежедневно. По самым технологичным трубопроводами с турбинными нагнетателями говно стремительно мчалось в накопительные резервуары, где подвергалось экологичной переработке. Из говна в прямом смысле здесь делали конфеты. Ферментированные человеческие отходы служили базисом для сотни торговых наименований, в числе которых были вода, спортивное питание, корма для животных, биологические добавки и удобрения, а также целая линейка уникальных конфет и батончиков. Продукция, выпускаемая совхозом имени Е.Б.Ленина, поставлялась во все крупные торговые сети страны и пользовалась небывалым спросом среди неравнодушных граждан, выбравших путь здорового образа жизни и заботы об окружающей среде. Два года назад совхоз имени Е.Б.Ленина вышел на IPO, и уже в первом квартале акции подорожали на шесть с половиной процентов. Это был четко отлаженный механизм, публичный и образцовый, на который равнялись как молодые предприниматели, так и матерые старожилы бизнеса по всему миру.
Десятого июля все изменилось. В самом центре резервуара номер пять произошла масштабная авария – взорвался технологический накопитель. Поговаривали, что причиной была человеческая ошибка. Юный техник допустил огрех в расчетах, результатом чего стал мощнейший взрыв, повлёкший за собой целую серию взрывов, которые по цепи разрушили восемь из тринадцати резервуаров. К техногенной катастрофе такого масштаба человечество не было готово. Контракт с КНР, который совхоз имени Е.Б.Ленина заключил за полгода до аварии, подразумевал поставки китайского говна по недавно запущенному трубопроводу в количестве девяноста тысяч тонн в день. После того, как из строя вышли все блоки управления, ведущим инженерам так и не удалось остановить поставки фекалий в резервуары. Говно все пребывало, и всего за шесть часов сотни тонн отборных отходов сделали ближайшие реки коричневыми. Шесть говняных фонтанов, бьющих из-под земли, поднимались ввысь на сорок метров. Июльская жара сделала своё дело, шло активное испарение фекалий из открытых резервуаров. Через неделю дождь в трёх областях также стал коричневым, а когда облачные массы с говном ветер донёс до Китая, коммунистическая партия на срочном созыве приняла решение разорвать контракт с совхозом имени Е.Б.Ленина и пустить своё говно по резервному трубопроводу в Казахстан.
Председатель правления совхоза имени Е.Б.Ленина, бывший министр энергетики, а ныне успешный топ-менеджер Евгений Борисович Ленин выступил с заявлением, что ситуация находится под контролем, а причин для паники нет. Ещё позже пресс-секретарь ФСБ на брифинге высказал предположение, что катастрофа может быть результатом диверсии иностранных спецслужб, а масштабы аварии сильно преувеличены. Официальные СМИ упомянули о взрыве лишь на третий день после аварии, да и то в самом конце новостного блока. Иностранных наблюдателей на территорию совхоза не пускали, все въезды и выезды были в срочном порядке закрыты. На созданной экстренной комиссии, куда входили восемь высших чиновников, шесть силовиков и двое ученых, было принято решение о том, чтобы ввести комендантский час в трех населенных пунктах, близких к совхозу. Восточная часть страны погрузилась в коричневый мрак. В народе эту ситуацию назвали «Коричневая Чума».
БАЛАНС
Костя и Таня были вместе уже год. Познакомились на первом курсе – только после школы, совсем еще зеленые, с горящими глазами.
Он увидел ее на выходе из аудитории, где куратор группы проводил вводное занятие.
Она сначала его не замечала – с такой красотой, как у Тани, трудно замечать всех, кто на тебя пялится.
Сначала он не решался заговорить с ней, боялся, нервничал, но не находил покоя и думал о ней днями и ночами.
Она общалась со старшекурсниками, оперившимися и возмужавшими ребятами, давно забывшими про то, что такое скромность.
В итоге он провернул целую операцию, чтобы встретиться с Таней лицом к лицу, а там – выпалил все как на духу, каким-то чудом отбросив одолевающие его волнения.
Она, конечно, была польщена его речью. Такой чистой, такой искренней. Старшекурсники так не говорили, они только напирали, стараясь запустить свои руки ей под юбку да засунуть язык ей в рот. Костя был не таким.