Прежде чем Стиви Рей сказала это, она почувствовала его присутствие. Чувство, что это было ужасно знакомо и мгновенно обеспокоенная , Стиви Рей поняла почему. Это напомнило ей момент ее смерти во всех деталях. Момент, когда она закашлялась, схватила руку Зои, с казала, я боюсь, Зо. Эхо того ужаса парализовало Стиви Рей, так что когда кончик первого рога принял форму и блеснул ей, белый, острый и опасный, все, что она смогла сделать – это взглянуть и мотать головой взад-вперед, туда и обратно.
"Стиви Рей! ты меня слышишь? "
Голос Далласа, казалось, доносился за несколько километров.
Второй рог материализовался, и вместе с другим, голова быка приняла форму, белую и мощную, с такими черными глазами, блестящими как бездонные озера в полночь.
Помоги мне! Стиви Рей попыталась сказать, но слова застряли в горле.
"Что это. Я иду туда и вытащу тебя, даже если ты не хочешь, чтобы я сломал круг и …."
Стиви Рей почувствовала вибацию, когда Даллас достиг границы ее круга. так же как и бык. Существо повернуло свою огромную голову и фыркнуло зловонным воздухом чернильного дыма. Ночь задрожжала в ответ.
"Черт! Стиви Рей, я не могу попасть внутрь круга. Закрывай его и выбирайся оттуда!"
"Я н…е… мо….гу…" пролепетала она и голос ее сорвался на шопет.
Полностью сформировавшись, бык был ожившим кошмаром. Его дыхание не давало говорить Стиви Рей. Его глаза поймали ее. Его белая шкура светилась в кромешной тьме, но он не был прекрасен. Его блеск был вязким, поверхность мерцающее мрачной и холодной. Одно из огромных раздвоенных копыт поднялось и оударило, разрывая землю с такой злостью, что Стиви Рей почувствовала отголосок боли от раны в ее душе. Она оторвала взгляд от глаз быка, чтобы взгянуть на его копыта. Она пришла в ужас. Трава вокруг существа была помятой и почерневшей. Там, где он рыл землю – землю Стиви Рей, почва была вырвана и кровоточила.
"Нет!" Сковывавший ужас отпустил ее для того, чтобы ее слова стали избавлением … "Остановись! Ты делаешь нам больно!"
Черные глаза быка сверлили ее. Голос, наполнявший ее голову, был глубоким и мощным и с невообразимо злым умыслом. "У тебя хватило силы вызвать меня, вампир, которая привлекла мое внимание, и я решил ответить на твой вопрос. Воин должен смотреть своей кровью и открыть мост для входа на остров Женщин, и затем он должен победить себя для входа на арену. Только посредством признания одного над другим он сможет присоединиться к к своей Жрице. После того, как он присоединится к ней, Жрица решает, вернуться или нет".
Стиви Рей проглотил ее страх и выпалил: "Это не имеет смысла".
"Твоя неспособность понять не имеет никакого отношения ко мне. Ты вызвала. Я ответил. Теперь я буду требовать расплаты кровью. Это, в самом деле, было века назад, с тех пор как я вкусил сладость вампирской крови – особенно одного, слишком переполненного невинным Светом"
Прежде чем Стиви Рей смогла начать придумать какой-либо разумный ответ, зверь начал кружить вокруг нее. Щупальца тьмы скользили в дыму, окружающем его и начали как змеи подбираться к ней. Когда они коснулись ее, они были как замороженные лезвия, разрывая ее тело.
Вне себя, она закричала одно слово: "Рефаим!"
ГЛАВА 13
Рефаим
Рефаим знал точный момент, когда материализовалась Тьма.Он сидел на крыше и,кушая яблоко, пристально вглядывался в чистое ночное небо, стараясь игнорировать раздражающий факт присутствия человеческого призрака, который позволил развиться между ними неуместной симпатии.
"Да ладно, расскажи мне! летать – это действительно забавно?" наверняка уже в сотый раз спросил Рефаима дух маленькой девочки. "Это должно быть забавно. У меня этого никогда не будет, но я считаю, что летать на своих собственных крыльях, куда веселее, чем полет на самолете в любой день."
рефаим вздохнул. Девчонка болтала больше, чем Стиви Рей, болтавня которой, была очень внушительной. Он пытался решить, должен ли он и дальше игнорировать ее и надеятся, что она наконец-то уйдет или придумать какой-нибудь альтернативный план по игнорированию этой девочки, что кажется не сработает. он думал о возможности рассказать Стиви Рей о призраке, который возращает его к мыслям о Красной. Хотя, правда в том, что его мысли никогда не были далеки от нее.
"Это опасно – летать? ну, я имею ввиду на собственных крыльях? Я считаю, что так есть, ведь тебе причинили боль, и держу пари, что это о того, что ты летал вокруг…"
Ребенок был болтлив, когда структура мира изменилась. В первый, шоковый момент, он почувствовал радость и поверил, с сумасшедшим биением сердца, что его отец вернулся.