«Некромантия!» – провозгласили молча Алиса и Милли, придумавшие подобную технику…
Но, как бы быстро они ни пытались сотворить свою армию, маг уже высвободился, желая напасть на Милли и Алису. Но девушки не станут ждать смерти! Они её принесут на блюдечке своему противнику! Огромный залп ледяных искр посыпался со всех сторон, но маг раз за разом, виртуозно уклоняясь ото льда, приближался к девушкам. Вот мёртвые уже напали на мага, пока тот, использую простейшую магию, и какие-то невероятные для мага физические способности продолжал побеждать их. Секунда за секундой, шансы на победу Милли и Алисы всё уменьшались… Отчаявшись окончательно, мисс Фан опять набросилась на мага, но, будто не заметив её, тот отшвырнул тушку лисицы. И она полетела в гору. Аж туда, где оставил свой плащ маг… Рухнув, Милли не двигалась. Но Алиса этого уже не узнала… Она не могла этого видеть. Она ничего не видела. Зато слышала… Алиса понимала, что сейчас она, то же, что одна.
- Выбора нет. – прошептав это, Алиса вновь запела мантру, но в этот раз короткую и-
Из воздуха появился дракон! Огромный, огнедышащий, покрытый редкой чёрной чешуёй, он, словно нехотя опустился передними лапами на землю и подхватил мага. Но…
- …Да воссияют небеса! – само небо, до этого светлое и знойное разверзлось – из тьмы появилась яркая вспышка, врезаясь, словно молния, в дракона.
Это маг дочитал свою молитву… И дракон засиял сотней искр, из которых появились магические круги. Они завертелись и- Дракон исчез.
- Что? – глаза Алисы расширились от удивления, когда она увидела всю мощь неизвестного заклинания, способного охватить даже могучего дракона. – Да как же-
Но она не успела договорить, ведь, обессилев, повалилась на спину. А маг… Плавно приземлившись на землю, он откинул тонкую прядку своих чернильных волос и высокомерно наступил на обессиленную Алису, тихо произнёс:
- Когда же это всё…
Но он не успел договорить, ведь заметил лисицу, роющуюся в его одежде! Полыхая от недоумения и беспочвенной ярости, маг вскинул руку, готовясь скастовать заклинание:
- Моему терпению тоже-
Но не успев договорить и в этот раз, юноша тут же отдёрнул руку, ведь в пасти у лисицы оказалось… письмо.
И тут пределу гнева бессмертного уже не было. Глаза, ранее преисполненные алым, будто бы почернели, становясь похожими на его волосы. Весь облик его будто бы стал одной лишь тенью и- Менее чем за секунду оказавшись у самой лисицы, маг схватил её за горло и высоко поднял, прижимая нож к шее:
- Никто. – сказал он доносящимся будто из потустороннего мира голосом. – Никто не трогает их!
Но маг не успел нанести удар, ведь лисица только лишь он сказал последнее слово, исчезла. Ошеломлённый увиденным, маг, казалось, стал ещё злее… Его взгляд упал на оставшееся на земле письмо, и гнев тут же исчез. Почесав за загривком, он нахмурился и, немного покраснев, тихо сказал:
- С-нова я так из-за неё… – юноша опустился на корточки, как вдруг: – Лисица.
Его глаза снова налились чернью, только лишь он завидел рыжий хвост. Но тут последний пропал, почти бесследно. На его месте очутилась Милли. И… да, опять совсем нагая. Вот только в этот раз, казалось, она чуть не плачет – удивительное для неё поведение:
- Мафия. – тихо пролепетала мисс Фан и закрыла рот руками.
- Что?! – широко раскрыв глаза, маг вновь нахмурился и хотел уже было встать и подойти к вампирше, что бы убить её, как вдруг та сама перенеслась к нему за сотую долю секунды.
Она сидела менее чем в десяти сантиметрах от лица юноши, пока маг, расширив глаза от удивления, занёс нож-
- Милли.
Нож лязгнул об землю, пока лицо черноволосого стало истончать шок. Он посмотрел в слезящиеся от грусти, сожаления и радости глаза незнакомки.
- Я – Милли, Мафия.
Повторив своё имя, мисс Фан приложила свои изящные белые руки к лицу мага, пока тот всё ещё не мог ничего понять.
- Милли… – глаза юноши вмиг потухли, вновь засияв ярким, словно бы даже вампирским, пламенем, впившись в голубые, словно далёкое от этих мест тихое, голубое небо, глаза мисс Фан. – Милли.
И Мафия… Тот самый Мафия. Тот самый Мафия, с которым «бесчувственная» и холодная Милли переписывалась уже вот как почти тридцать пять лет, обнял её и заплакал.
- Милли! – он, не стыдясь, всхлипывал у неё на плече, содрогаясь, пока та, нежно и счастливо улыбаясь, обнимала его в ответ. – Милли!..
- Это я. – продолжала тихо отвечать она на всхлипы Мафии. – Я здесь. Я здесь… – всё повторять она, тоже начиная плакать, при этом аккуратно поглаживая его ночного цвета волосы. – Теперь я всегда буду здесь.