- Благодарю, но, полагаю, мои родители могут заметить пропажу всех моих вещей.
- Не переживайте, мы об этом позаботимся.
- Хорошо, тогда позже я обсужу с вами подробности…
Такое внезапное прерывание разговора было весьма типичным со стороны Милли, так что на это никто не обратил внимания. Но, когда учителя начали говорить о местах для тренировок, тут ребят пронзила тревога. Им сообщили, что тренировки будут проходить в разное время в разных местах. Под трибунами, как оказалось, расположены ещё четыре небольших зала, которые тоже отремонтировали. После обсуждения ещё нескольких маловажных тем всех распустили по комнатам.
- От это да!.. – выдохнул Нико, идя по коридору. – Никогда б не подумал, что это место может так выглядеть!
- А как оно выглядело раньше? – поинтересовалась Алиса.
- Ну-с… – задумался Нико, а затем, остановившись у огромного идеально чистого зеркала, опустил глаза, громко выдохнул и сказал. – Оно было совсем другим, как это зеркало…
- Как… Зеркало? – непоняли Рэй и Гога, одновременно опустив головы в сторону.
- Ну… Это зеркало раньше было грязным, пыльным, побитым даже, а теперь оно идеально чистое… Но, если вы подойдёте ближе и присмотритесь, то увидите маленькие трещины, которые разделяют так умело склеенные куски стекла. – он, какой-то даже грустный побрёл дальше по коридору, больше не говоря ни слова; остальные же начали пристально рассматривать зеркало, всё больше приближаясь к нему.
- Хм… – выдохнула Алиса. – И вправду, я вижу трещины, очень много трещин.
Милли, Дима и Алиса, стоя сейчас, как и в тот день, в том же порядке, напротив этого стекла, немного уныло и даже как-то скептично отреагировали на эти слова. Для них отражения, что они видели в зеркале в тот день, ничуть не поменялись, в их глазах всё ещё были живы страшные образы из книг ужасов. Аня, опустив глаза на трясущиеся руки, вновь увидела на них кровь и даже чуть не заплакала. Девочка не хотела, что бы кто-то видел такие её эмоции и, круто развернувшись, зашагала по коридору. Дима тоже дрожал всем телом, оставшись один на один с этим зеркалом. Он единственный всё ещё стоял напротив него и не мог отвести взгляд, как услышал:
- Я же говорил… – в коридоре, опустив руки в карманы брюк, стоял мистер Дух. – Вы не будете монстрами всегда…
- Я… Я знаю, но-
- Тебе следует поучиться у мисс Фан. – сказал учитель и прошёл дальше по коридору.
- Поучиться? Чему? – крикнул ему в след Дима. – Дядя?!
Но ему никто не ответил. Диме всё больше и больше казалось, что с Милли не всё так чисто, как может казаться на первый взгляд. Он не понимал уже, что конкретно и почему от него хочет дядя. Юноша, склонив голову, полностью погружённый в свои мысли, побрёл по коридору.
Пройдя двери в душевые и заколоченные гнилыми досками проходы, можно было увидеть целый ряд из белых дверей с аккуратными деревянными ручками и табличками, на которых были выгравированы имена четырёх ребят. Тем не менее, коридор шёл всё дальше и дальше, открывая зрителю такие же двери с такими же деревянными табличками, только пустыми. Чем дальше шёл коридор, тем шире он казался. В какой-то момент все двери становились белыми с зелёными круглыми ручками, но гнилые доски, которыми были заколочены проходы, казались совершенно чуждыми такому чистому и современному месту. А коридору не было конца. Нико, который единственный стремился найти конец этому ходу, всё больше сомневался в нормальности такого своего поступка. Ему начало казаться, что на стенах снова висят разбитые зеркала, что плитка в этих местах заросла мхом и что, только кое-где, проглядывается отнюдь не плитка, а камни. Чем дальше он шёл, тем больше спотыкался, и тем больше ему казалось, что плитка и вовсе закончилась, что тут лишь камни, покрытые лишайником и пылью. И тогда он решил остановиться, ведь прямо под его ногами были капли крови, но не свежие и даже не спёкшиеся под лучами палящего солнца, а какие-то чёрные и даже ссохшиеся с камнями от времени. Мальчик не понимал, как такое зрелище могло предстать перед его глазами, как вообще в подземном стадионе может быть такое место. Понимая это, Нико круто развернулся, пробубнив под нос: «Опять глюки…» – и скрылся в обратном направлении.