Родилась и выросла девушка в городе неподалёку от Гогиного. У неё не было родителей, так как они погибли в авиакатастрофе, поэтому её воспитывала тётя. У самой женщины тоже была дочь примерно возраста Рей, потому они хорошо ладили. Рей ходила в младшую школу, когда её тётя и сестра исчезли. Эмоциональная и вспыльчивая маленькая девочка осталась совсем одна и не знала, как ей быть дальше. Ввязавшись в преступный бизнес, она выманивала покупателей своей детской наивностью, и те с радостью выкладывали все свои деньги. Вот только сама она с этого ничего не получала. Запуганная девочка без семьи и дома из счастливой и смелой стала трусливой, зажатой и настолько необщительной, что всякий ребёнок, видя её на улице, желал поскорей уйти от Рей подальше. Так она, скорей по счастливой случайности, попала в больницу, а затем в детдом. Это место, где стояло одно из зданий детдома, где и жила Рей, находилось уже в составе другого города, так что теперь ей приходилось ходить в далёкую школу на окраине незнакомого ей населённого пункта. В том корпусе общежития, где разместили Рей, жило ещё всего четыре девочки. Позже она узнала, что это был отдельный женский корпус с поставленными на учёт, за которыми повсеместно надзирали. Из-за этого Рей всегда было не по себе, она постоянно думала, что за ней следят, что её накажут из-за любого пустяка. Она стала ещё более зажатой. Одиночество и отрешённость сопровождали её всюду, ведь даже те самые девушки, что жили вместе с ней и ходили в ту же школу, остерегались её, будто самого страшного преступника. Уже через полгода такой жизни Рей не выдержала и вернулась в старое дело. Она продолжала помогать тем людям. Только тогда девочка узнала, что они занимаются наркобизнесом. Но это ничуть её не остановило. Рей продолжала им помогать, пока однажды, ожидая в городе покупателя, не упала. Её сбил с ног какой-то младшеклассник. Он выглядел очень смущённым из-за случившегося, так что попытался помочь девочке встать. Это был Гога. В том возрасте его смело можно было назвать мелюзгой, ведь мальчик и вправду был очень низеньким и щуплым. Рей никогда его раньше не видела, но почему-то чувствовала к нему какую-то близость. Скоро они сдружились: их можно было бы назвать друзьями, ведь всё свободное время, что у них было, они проводили вместе, хотя чаще всего оно не превышало 20-30 минут в день. Но для одинокой Рей этого было достаточно. Она всё реже и реже появлялась на своей работе, а в какой-то момент и вовсе ушла. Теперь у неё был друг. Друг, так похожий на тех, с кем она играла в детстве, когда её родители были живы или когда её тётушка ещё не сбежала. Рей всегда считала, что её тётя сбежала, причём именно сбежала, а не ушла! Она сбежала от «Жуткой Рей»! Так в голове себя обзывала Рей. А потому, когда у девочки появилась возможность тоже сбежать, сбежать из этого жуткого людского мира, она, недолго думая, согласилась. Рей жалела, что не смогла попрощаться со своим другом, но скоро и это тяжёлое чувство пропало, когда она узнала, что они теперь всегда-всегда будут вместе.
Сейчас же её переполняло множество тёплых эмоций, что ранее она никогда не испытывала, ведь теперь у неё были хорошие друзья, товарищи, семья. Рей почему-то воспринимала Де-Рин как семью. Но не всех из них. Если признаться честно, она немного опасалась Нико. Он ей всегда казался каким-то чересчур наигранно весёлым и будто бы жестоким, что ли. Рей не понимала почему, но когда тот, в порыве дружеских чувств, хотел хлопнуть её по плечу, та всегда боязливо «отпрыгивала». Это очень смущало компанейского Нико, так что тот тоже старался держаться от неё подальше, от чего Рей ещё меньше ему доверяла.
- Хм… Нико, говоришь? – задумчиво протянула Милли, делая глоток немного остывшего чая. – Я была его одноклассницей семь лет, но не припомню, что бы он когда-либо ввязывался в потасовки. Не нахожу за ним даже мелких шалостей… Быть может, тебе так просто кажется?
- Кажется?.. Хм, может и так… – Рей в задумчивости склонила голову, выпивая очередную чашку горячего чая. – Но всё же, почему-то я его боюсь. Может, это из-за того, что он – зомби, а я – вампир?
- Это абсурд. – покачала головой голубоглазая. – Если бы дело было только в этом, я бы тоже относилась к нему с опаской.
- Ты, права… Что ж, раз так, – выдохнула Рей, поднимая свои глаза на Милли. – не могла бы ты мне рассказать, какая она? Какая эта школа?