-Нет, мы решили выманить остальную группу с помощью одного схваченного. Всё пошло немного не по плану. В итоге – парень пострадал.
-«Пострадал»? Так это теперь называется? У него в организме не одной целой кости, и это – несмотря на то, что видимых повреждения, кроме синяков на голове и на колене, не наблюдается. По нему что, проехал какой-то специальный застенчивый самосвал, который переломал все конечности, однако следы оставить постеснялся?
-Это… это в результате сильного удара об землю.
-О, я догадался. Да, даже если бы и не догадался, вполне достаточно уметь читать, чтобы это узнать.
-Джейсон, мы не сделали ничего из ряда вон, всего лишь искали способ разобраться с гастролёрами.
-Гастролёры не ходят группами! – схватив листок, парень отправил его в верхний ящик стола, опуская лоб на сложенные на столе руки, - Ладно, теперь бесполезно ругаться: мы в полной заднице. Если Гарри умрёт, придётся приносить официальные извинения, а это – та ещё морока. К тому же – он близкий родственник высокопоставленного Охотника, да и сам – почти полноценный Охотник. Объяснить его смерть будет не так-то просто. Как это вообще получилось?
-Мы взяли одного вампира, хорошенько его приложили и принялись ждать. Спустя буквально пару часов пришла ещё пара: парень и девушка. Они обыскали место и были готовы уйти. Когда мы появились, ощутимо напряглись, однако по поведению стало ясно: это их друг. Всё было вполне мирно, но, стоило мне достать оружие, как девушка пришла просто в бешенство. Но, кроме того… мне показалось, что у одного из них есть способности, помогающие удержать противника на месте…
-Одарённый?
-По-моему, да.
-Вы его убили?
-Не смогли. Девушка оказалась слишком сильна, потребовалось внимание обоих, чтобы её уложить.
-Опиши.
-Светлые волосы, серые глаза. Двигается как сраный демон из преисподней.
-Ничего необычного не заметил?
-Кроме того, что она чуть не угробила нас обоих? Пожалуй, разве что Забойный Нож никак не мешал ей крошить кости бедного Гарри.
-Он её убил?
-Ранил. Не знаю, сошёл с ума или решил, что сумеет справиться сам, но он выскочил и бросился именно к ней. Удар был хорош и пришёлся в живот. Так что, когда она стала звереть, с торчащей из живота рукоятью ножа выглядело даже ещё страшнее.
-Погоди-ка, её не свалил первый же удар?
-Нет. По сути, ей потребовалось в общей сложности девять ударов для того, чтобы упасть.
-И… где ты её спрятал?
-Не успел, пришлось бросить там.
-А, если выживет?
-Солнце уже всходило, так что вариантов нет. Наверняка уже рассыпалась пеплом, и следов не найти.
-Хм… То есть, из тройки погиб только один?
-Да.
-Что с остальными?
-Ушли.
-Почему?
-Мы, знаешь ли, были слишком заняты собственным выживанием, чтобы ловить удирающих соперников.
-Зря злишься. Вампирские группы являются крайне сплочёнными, часто все их члены либо родственники, либо – любовники. Подчас оставшиеся являются заметно большей проблемой, чем гастролёры. Они ведь могу начать мстить или даже озвереть. Если взбесятся, а соседи откажутся помогать – что, кстати, вполне возможно, учитывая в каком состоянии сейчас находится этот их «представитель» - начнётся резня.
-Мы не допустим.
-Нас слишком мало, Макс, мы ничего не сможем сделать. Разве что – добровольно отдать тебя и надеяться, что это их успокоит. Либо ты можешь попробовать извиниться. Тоже гиблое дело, но хоть что-то.
-Не собираюсь извиняться перед врагом.
-Сейчас мы в очень шатком положении.
-Мы всегда в очень шатком положении. Я не помню и дня, когда было по-другому. Потерь каждую неделю столько, что даже страшно представить. А теперь ты выговариваешь мне за то, что я прикончил озверевшую вампиршу! Да мы просто защищались! Мой напарник чуть ни погиб!
-Вот так и скажешь оставшимся, если увидишь. А соседям мы скажем, что он «пострадал, геройски проявив себя».
-Звучит по-дурацки.
-Не «по-дурацки», а «по-геройски», бестолочь. Научись уже подменять эти выражения, а то проблем не оберёмся…
Телефон звонит неожиданно. Хосе вздрагивает и косится на лежащую на тумбочке друг трубку. Раздражающая мелодия выводит из привычного покоя, мешает держать себя в руках. И когда он уже близок к тому, чтобы отправить мобильник на встречу со стеной, из ванны высовывается голова блондина и умоляюще просит: «Подашь?».
Потом следует приветствие. Крайне теплое, по правде сказать. На какой-то момент Хосе даже замирает, прислушиваясь. Но потом сурово обрывает себя: мало ли, какие дела могут быть у друга?